Тринадцатый (СИ)

А ведь его существование в пространстве еще придется поддерживать!

— Ещё одна подобная выходка и нам придется с тобой расстаться. Это первое и последнее предупреждение. — На полном серьезе проговорил я. Если призраку спустить подобную выходку, то он с каждым разом начнет всё больше и больше наглеть. И в будущем это приведет к непоправимым проблемам. Поэтому я должен был жестко обозначить границы дозволенного. — Моя энергия, только моя! И я решаю, как ей распоряжаться. Ты можешь спросить у меня разрешения, но не смей пользоваться ей без моего ведома! Это понятно? — Строго уставился я на Макара не отводя взгляда.

— Да — грустно ответил призрак.

Он сперва поник, изображая растение собственной фигуры, а потом поднял на меня взгляд. Быстро собрал свою энергию в прежнюю форму и улыбнулся до ушей. В прямом смысле этой фразы. Призрак научился менять себя, словно пластилин, но ненадолго. Что хорошо, иначе бы он давно себе лицо переделал.

— Значит, если согласую, то можно?

— Возможно. Но на пиратский корабль можешь не рассчитывать.

Макар обрадовался, закружился, а затем словно юла скрылся в полу.

Мы с Сергеем снова переглянулись. Через секунду из пола вылезла голова призрака и спросила:

— Ой, а чё делать-то? Просто следить?

— Почти. Выясни, что задумал Топор и кто его сообщники, — уточнил я. — Что-то мне подсказывает, что он работает не один.

— Да, капитан! — ответил Макар, скрываясь в полу.

— А про пиратский корабль ты серьезно? — поинтересовался Сергей.

— Конечно. С моим уровнем источника он его будет сто лет собирать в месяц по новой детали. И это если я сам не буду колдовать… Стой. У тебя дом собираются грабануть вообще-то.

— Ты прав. Давай вернемся к отцу.

— Угу.

— Думаю, за полчаса ничего не случится. Если твой Топор начнет действовать, Макар нас предупредит.

На этом мы и договорились. А затем вернулись в холл.

Здесь никого не было, что было удивительно. Даже робот-пылесос больше не шуршал. Хотелось сравнить эту тишину с кладбищенской, но вовремя вспомнил насколько громкими бывают тамошние обитатели.

Мы не сговариваясь направились в столовую. Мать Сергея сидела на стуле, а голова лежала на столе. Доносилось мерное посапывание. Фух, она просто спала.

— Кажется, мы опоздали, — сказал я, сглотнув ком в горле.

Рука баронессы находилось рядом с бокалом вина. Я взял его и понюхал содержимое. Не знаю, что я надеялся почувствовать, это действие было скорее интуитивным.