Тринадцатый (СИ)

Нога потянулась к педали газа и остановилась на полпути.

Генерал набрал номер знакомого человека, и в трубке долго раздавались гудки. Он сглотнул. Вспомнил каким первым раз увидел Алексея. Всего потрепанного и избитого. В этом парне никто бы не узнал княжича.

— Алло, — раздался в трубке сонный голос.

— Привет, Саш, спишь? — генерал старался говорить спокойно.

Он набирал номер старшего Воронцова с определенной целью, а сейчас появились сомнения.

— А что мне ещё делать ночью? — Александр ответил недовольным тоном.

А генерал стал судорожно придумывать другую причину для звонка. Ведь нельзя просто взять и разбудить человека в три часа ночи. Для этого нужны веские причины.

И Льву Борисовичу пришлось придумывать их на ходу.

— Гладковых знаешь? Сегодня одного из сыновей похитили.

— И что?

— То, что он сбежал и сам дошёл до города по дороге. А еще от регата удрал.

— Ну парень красавчик, а я тут причём?

— Может, эти и твоего брата похитили.

Генерал закинул удочку. Хотел услышать реакцию Александра.

— Тогда бы давно выкуп потребовали.

— Разве детей знатных родов похищают только ради выкупа?

— Да. Если ты позвонил рассказать про похитителей, то не стоит. У меня специальный отдел занимается поисками брата. Доброй ночи.

Собеседник бросил трубку.

«Ага, поисками… Скорее сокрытием преступления» — подумал генерал. Не так должны реагировать любящие родственники, которые занимаются активными поисками. Лев Борисович подумал, что на месте Александра уже бежал бы лично допрашивать ублюдков. Но нет…

Генерал набрал для Вани одно короткое сообщение: «Об этом никто не должен знать».

Стёр рукавом выступивший на лбу пот, и нога опустилась на педаль газа.

* * *Я проснулся от женских криков. Вскочил, смахивая с себя пропитавшуюся росой листву. И бросился на звук.

Было то ли утро, то ли уже день. Выбрался из оврага и побежал по лесу. Судя по ору, неподалеку происходила битва.

И я в этом убедился уже через пятьсот метров. Знакомый регат навис над девушкой в форме видящих.

Девушка упала на землю и прикрывалась световым щитом, сотканным из собственной энергии. Раз она дошла до такой крайности, значит ни оружие, ни боевые заклинания не сработали."

"Регат бил по щиту своими огромными лапами, а девушка изо всех сил пыталась удержать защиту. И вскрикивала с каждым ударом, словно ей было по-настоящему больно.

Я не мог спокойно на это смотреть.