Тринадцатый VII (СИ)

— Вы так хотите сдохнуть? Сейчас поезд перевернут, то и вам не жить, если я не уйду отсюда.

— Ох, ты ошибаешься! Сейчас этот чёртов перевернёшься, и первым сдохнешь ты сам!

— Это мы ещё посмотрим, — усмехнулся я и громко сказал. — В атаку!

За спиной Олега Викторовича проявился призрак. Самый грозный из отряда моего брата. В его руке материализовалось лезвие топора.

— Какого ты улыбаешься, Алмазов? — продолжал беситься сопровождающий.

Я кивнул ему за спину.

— Нет, тебе не удастся меня отвлечь, — процедил он.

На что я лишь пожал плечами. И лезвие боевого топора вонзилось в спину Олега Викторовича.

Он закричал от боли и упал.

— Не добивай, — попросил я призрака, и он достал свой топор.

Суровый мужчина кивнул мне и растворился в воздухе.

— Пожалуй, это будет хорошей местью за попытку убить меня во время отборочных, — сказал я, нависнув над раненым. — И за то, что вы организовали сейчас.

Топор вошёл глубоко, и ему оставались жить считаные секунды.

— Воронцов, тебе всё равно не жить.

Я не стал отвечать на угрозу умирающего. Он своё уже получил.

Изначально не хотел убивать его в поезде… но на войне все средства хороши.

Вагоны снова тряхнуло. Олег Владимирович издал последний вздох, и я поспешил убраться.

Тряска всего поезда усиливалась, как и паника внутри вагонов. Пока я бежал, меня шатало из стороны в сторону.

— Лёх! Ну наконец-то! — встретил меня Виталик. — А почему на тебе брызги крови?"

"— Олег Владимирович решил не дожидаться вторжения регатов и убить меня лично, — ответил я.

— И ты его… того? — сглотнув, уточнил Лазарев.

— Да, тут выбора не было. Либо я, либо он.

— И чего он так ополчился? — спросил Костя.

— Ребят, фиговое вы время для беседы выбрали. Где призраки?

— Снаружи! — ответил Илья.

Я громко позвал своих шпионов и брата.

— Шатают поезд, твари окаянные! — яростно сообщила Лариса Дмитриевна.

— Если бы не купол, уже бы свалили, — добавил брат.

— Сколько у нас времени? — уточнил я. — Хотя бы примерно!

— Такими темпами ещё минут десять, — холодно ответил Саша.

Я мысленно выругался. И словно перспективы перевернуться было мало, Лариса Дмитриевна решила масла в огонь подлить:

— Там один монстр странный.