Тринадцатый VII (СИ)

И куртку эту тоже, — Антон Викторович кивнул на серую куртку, которую положил на стул.

— Будет сделано! А с телом Владислава, что прикажете делать?

— Я сам подготовлю его к транспортировке. А ты можешь идти выполнять свои задачи.

Виктор кивнул, забрал улику и вышел из кабинета своего начальника.

Антон Викторович нажал на кнопку вызова. И с замиранием сердца ждал, пока пройдут гудки.

— Миш, привет. У меня плохие новости, — сразу начал он.

— Слушаю, — насторожился старый начальник.

— Владислав романов мёртв.

"Безопасник в подробностях рассказал всё старшему коллеге.

— Я передам императору. Но думаю, он уже знает, — ответил начальник.

— Как знает?

— У Романовых особая родовая связь. В общем, я поговорю с ним. Жди завтра звонка в это же время.

— Хорошо. И Миш, можешь сделать одолжение? По старой дружбе.

— Могу, если это в моих силах.

— Если император подпишет указ о моей казни… сообщи мне.

— Хорошо. Надеюсь, что этого не случится, и мы с тобой ещё поработаем.

— Тоже надеюсь. Но мало ли, тело я передам на поезд. Заберёшь на вокзале.

— Добро. Держись там… Постараюсь замолвить за тебя словечко.

— Спасибо, Миш, — ответил Антон Викторович и бросил трубку.

Он тяжело вздохнул, уже прикидывая план побега на случай чего…

Только куда податься при закрытых границах? Осесть в каком-нибудь мелком поселении, сделать поддельные документы и прожить так остаток жизни?

Пока это был единственный разумный вариант.

Антон Викторович собрался и пошёл разбираться с телом. Неизвестность не отменяла его обязанностей. И если он не передаст тело во дворец, то будет ещё хуже.

В имперской службе безопасности он и научился проводить магический анализ. И знал, как сохранять тела.

Как раз его люди успели сколотить простецкий деревянный гроб. Так тело Владислава и дожидалось мага на улице.

— Уйдите все, — Антон Викторович разогнал магов, охранявших тело, и приблизился к гробу.

Тело Владислава уже успело почернеть… Ещё бы, парня заживо, считай, сварили. И неважно, что он этого заслужил. Последствия всех коснутся, а не только Алмазова.

Антон Викторович подготовил сохраняющее плетение, а затем наклонился к телу.

— Что за… — он выпучил глаза.

Концентрация сбилась, и маломощное заклинание взорвалось в его руках. Он закричал от боли. Кожу ладоней сильно обожгло.

Но несмотря на это, он присмотрелся к телу.