Тринадцатый XI

Силу копью даёт частичка этого самого артефакта. И раз я могу касаться наконечника копья, значит…

Я потянулся рукой к живому светилу. Пальцы обожгло. А затем сознание заволокла тьма. Но она быстро сменилась вспышкой яркого света.

Это что, видение⁈ Похоже на то…

Только я успел об этом подумать, как из света вышел силуэт…

И голову пронзил грозный голос:

— Ты пришёл меня освободить?

Глава 8

— Кто ты? — спросил я у того, чей образ мне мешал рассмотреть яркий свет, заполнивший всё сознание.

— Как, кто? Ты же пришёл сюда по моим подсказкам.

Странная личность говорила на древнем наречии, но мозг автоматически переводил на современный лад.

— Я тебя совершенно не понимаю, — прямо ответил я на современном наречии. — Сомневаюсь, что у нас много времени, так что говори по существу.

Но сущность меня прекрасно понимала, также как и я её.

Ещё после такой встречи со своим предком я хорошо помнил, что для подобного контакта духам нужна прорва энергии.

Однако я не пока не понимал, откуда призрак черпает энергию.

— Я Градимир. Твой бог, так склони же предо мной колени, — велела сущность и развела руки, горделиво представляясь.

Так, мне этот дух совершенно не нравится.

— А я Алексей Воронцов, князь. Носитель первоисточника. Такой же, как ты. Пора бы признать, что ты всего лишь маг и перестать морочить людям голову хотя бы после смерти.

— Да как ты смеешь? — слова громом разлетелись в моей голове.

Казалось, что мозг сейчас взорвётся.

— Может, ты и внушил людям этого мира, что ты бог. Но со мной этот фокус не прокатит.

Теперь я понимал, что из себя представляло живое светило. Это была душа из другого мира. То, что осталось от Градимира Великого.

— Так, ты тоже иномирец? — усмехнулся дух. — Как же я сразу не догадался. Если моих последователей не осталось, значит, письмена смог прочесть только тот, кто пришёл со мной из одного мира.

Видимо, раньше он использовал древний алфавит славян для тайного языка, и знали его лишь приближённые самого Градимира.

— Какие ещё последователи?

Я искренне надеялся, что он говорит о религии, которую сам и создал.

— Как какие? Неужели ты не учил историю, иномирец?

— Историю за тысячи лет уже не одну сотню раз переписали. От твоих посланий остались лишь жалкие подсказки. Так что, говори прямо. А свои горделивые речи оставь для тех, кто верит в твою божественность.

— Нет уж. Сперва освободи меня.