— Думаю, тогда мы сможем пройти незамеченным. Главное, чтобы просчитыватель вероятностей не поднял тревогу.
— Я выдам вам особый артефакт, от которого он сразу уснёт, — кивнул я.
На этом мы с Гарном и договорились, а я отправился раздавать новые указания, чтобы за два дня всё подготовили и нашли мне опытного мага иллюзий.
Остаток дня прошёл спокойно, а особенно радовало, что «заражённых» в очереди на улице становилось всё меньше и меньше.
Утром по времени Новой земли мы с Гарном вернулись в Атланту. Но у здания администрации Фёдора не было.
— Может, он опаздывает, — предположил маг. — Мы же не указали точное время.
— Уже десять часов. Он бы давно пришёл и ждал нас здесь.
Считай, утро почти закончилось…
Я зашёл в само здание, где сегодня трудились те же работники, что и встречали нас при первом визите. Я достал телефон и принялся показывать всем фотографию Медведева. Но никто не видел человека, похожего на Фёдора.
— Возможно, ваш слуга подумал, что это ловушка, — предположил Гарн.
— Нет, на этом континенте ни одна живая душа русского не знает, — вздохнул я.
— Тогда попробуем иначе.
Я позвал брата и велел ему осматривать окрестности, пока мы ходим по улицам. Призраков у меня было около сотни, а этого вполне хватит, чтобы заглянуть в каждый уголок этого города.
И мы пошли по улице, пока привидения залетали в дома и искали, насколько им хватало расстояния.
— Может быть, зайдём в книжную лавку? Как я понял, раз этот континент не подключён к глобалу, то и информации отсюда, там нет, — поинтересовался Гарн.
Сегодня на его лице чётко выделялись багровые синяки под глазами. Явно он вовсе не отдыхал, посвятив всё время изучению глобала.
— Верно мыслишь, — кивнул я. — Но у нас нет местных денег, чтобы что-то купить.
— Мне будет достаточно взглянуть, если вы позволите.
Поскольку наш поиск всё равно заключался в брожении по улицам, то я согласился.
Обычная лавка, в которой витал запах старой бумаги. Гарн спешно принялся читать названия на корешках. А пока мои призраки шастали в этом доме, я подошёл к полке с надписью: «Магические пособия».
Учебники здесь продавались в открытую, но одна из книг меня заинтересовала: «Как свет разрушает мир». У меня ёкнуло в груди, и я достал её с полки. Это был сборник безумных теорий… Но мне захотелось его изучить.
— По чём? — спросил я у продавца после приветствия.
— Доллар. Или бесплатно в придачу к любой другой книге, — видимо, даже продавец хотел избавиться от этой безумной книги.
А мне это было лишь на руку.
