Трое на каникулах

Когда Огонь нетерпеливо рванул в мою сторону, она попросту не выдержала напора и с треском разлетелась на куски.

Вскрикнули мы с Ником одновременно. И так же одновременно испугались. Освобожденное пламя торжествующе взревело, и, если бы я не успела его перехватить и инстинктивно направить в одно из свернутых заклинаний, нам пришлось бы туго.

Стихийный щит активировался мгновенно. Гудя от напряжения и сверкая всеми оттенками алого, он прикрыл нас от разбушевавшегося Огня. Но жар от него шел такой, что у меня снова начали потрескивать волосы.

Ланка, не стесняясь в выражениях, снова выругалась. Лежащий рядом командир едва не сгорел, но подруга успела его подтянуть поближе, поэтому эрт Экради отделался только опаленными бровями и тлеющей одеждой.

Это было плохо. Очень плохо.

Объединить стихии мы могли только при условии, если они будут равны по силе. Но разрушенная печать и отсутствие целителя, способного ее восстановить, делали это невозможным. Более того, превращали эксперимент по созданию абсолютного щита в смертельно опасное испытание.

Мало нам было нежити и скверны, мало того, что рядом находилось двое важных для нас людей, а заклятие крови держалось на соплях…

«Держись, Ниэль, – донеслась до меня неожиданная спокойная мысль Ника. – Кажется, я знаю, как уравнять силы».

Мне даже ответить на это было нечего. А в следующее мгновение в этом уже и не было смысла. Я сжала зубы, почувствовав, как напрягся за моей спиной маг. Поняв, что он задумал, успела и испугаться, и смириться, и начать искать выход из ситуации.

После чего оставшиеся в нем печати одна за другой тихонько хрустнули, и через мгновение вокруг нас разверзся настоящий ад.

Норр не зря говорил, что абсолютные маги опасны. Суммарная мощь высвобожденной Линнелем энергии оказалась такой, что в храме раздался беззвучный взрыв, и его стены буквально снесло, оставив нас стоять посреди огромной дымящейся воронки. Ни крыши, ни ворот, ни казавшейся надежной защиты ледяного щита – вокруг нас не осталось ничего, кроме дымящихся развалин, обрывков заклятия крови и разбросанных по всей площади дымящихся костей, больше не стремящихся собраться во что-то способное двигаться.

Поднявшийся ветер, закрутившись в огромную воронку, хлестко ударил меня по лицу, безжалостно растрепал косу, чуть не сорвал скальп с Ланки и едва не утащил не способного сопротивляться командира. Вторящее ему бешеное пламя с оглушительным ревом плясало совсем рядом, сжигая все на своем пути и плавя даже камни.