Трое на каникулах

Ник по-прежнему стоит у стены и не двигается, но в этом тумане ни демона не видно, а «прозрение», как назло, деталей не показывало.

Переглянувшись, мы с подругой все-таки зашли, готовые в любой момент дать деру. Сделали несколько неуверенных шагов. Чуть не наступили на брошенные возле входа штаны. Снова заколебались. Но вот наконец пар немного развеялся, и у дальней стены, чуть в стороне от упруго бьющих из рассекателя струй горячей воды прорисовалась замершая в странной позе, окутанная белесоватыми клубами мужская фигура.

Ник стоял к нам боком, эффектно выставив вперед ногу и смело демонстрируя обнаженное бедро. Стопу поставил на носочек, как опытная путана, соблазняющая проходящего мимо прелюбодея. Одна его рука была томно заброшена за голову, вторая картинным жестом прикрывала плоскую грудь с налипшей на ней белоснежной пеной. Такая же шапка красовалась у него на голове, чем-то напоминая роскошную корону. И такие же белые хлопья виднелись на мокрых ресницах, делая нашего мага похожим на бесстыдную натурщицу, охотно демонстрирующую свои прелести всем желающим.

Это наши с Ланкой челюсти со стуком упали вниз. В этот же самый момент Ник вдруг открыл глаза и, кокетливо взмахнув выбеленными ресницами, повернул увенчанную пенной «короной» голову. Увидел нас, изумленно округлил рот, после чего испуганным жестом прикрыл несуществующую грудь уже двумя руками, а потом тоненько, по-бабьи, взвизгнул:

– А-а-ай! Извращенки-и-и! Не смотрите на меня, а то я стесняюся-я-я!

Мы от неожиданности тоже завизжали.

Я в панике шарахнулась прочь, а Ланка, схватив с вешалки пушистое полотенце, с воплем запустила его в этого негодяя и быстрее молнии вылетела в прихожую, с чувством проорав напоследок:

Уже оказавшись снаружи и захлопнув за собой дверь, я запоздало сообразила, что белобрысый поганец, сумевший грамотно прикрыть все стратегически важные места, нас просто-напросто обдурил. А когда из ванной донесся его оглушительный гогот, свирепо выдохнула.

После чего решительно огляделась, нашла-таки чем ответить гадкому магу и под яростную Ланкину ругань с силой рванула стенную панель, за которой скрывался водопроводный вентиль.

– Нет, это ж надо… он еще и ржет! – возмутилась я, резко крутанув вентиль. Тот гадко скрипнул. Поток горячей воды в ванную тут же прекратился. А мгновением позже изнутри донеслось басовитое и уже совсем не кокетливое «А-а-а-а!», пролившееся на мою душу благословенным бальзамом.