Трое на практике

Ларун вон тоже не ушел, поэтому мрон, естественно, смотрел на него. Ведь со мной он, можно сказать, и не общался вовсе. Да и как он на таком расстоянии смог бы меня узнать?

– Давайте поживее, – проворчал куратор, когда я спохватилась и поспешила к арке. – Мне еще вас с рук на руки сдавать, перед ректором отчитываться, оценки вам за практику выставлять. Неужели вы думаете, что мне охота заниматься этим до вечера?!

– Простите-извините, больше не повторится, – скороговоркой проговорила я, проскакивая мимо него в сияющее синевой марево.

А еще через миг выбежала в просторном холле академии и с облегчением выдохнула: – Фух. Вот теперь можно сказать, что практика действительно закончилась.

Встретившие меня на той стороне друзья понимающе переглянулись.

– Да, – согласилась Ланка, во второй раз за утро уронив тяжелые баулы на пол. – Завтра каникулы. Наконец-то. Кто бы знал, как я их ждала! Целый месяц спокойной жизни! Ух!

– А что мы будем в этот месяц делать? – вкрадчиво поинтересовался Ник.

Мы с подругой только рассмеялись:

– Да какая разница? Главное, что мы проведем его вместе. А где это будет – уже неважно.

– Ну? И что ты на это скажешь? – осведомился эрт Виндор Торано, усевшись за стол и выжидательно уставившись на старого друга.

Эрт Дари эн Ларун, когда-то с гордостью носивший прозвище Вихрь, а затем променявший его на должность первого заместителя ректора лучшей имперской магической академии, неопределенно пожал плечами:

– Похоже, все в порядке. Ты, как всегда, был прав.

– Да. На этот раз мальчишка все сделал как надо. Характеристики, которые ты ему передал, позволили быстро найти с девушками общий язык.

– Ведьмачка не так важна, в случае чего ее можно и заменить, – отчего-то нахмурил лохматые брови ректор. – Главное, чтобы Линнель как можно скорее сошелся с Корно.

– Норие – это ключ к Корно, – не согласился Ларун. – Так что он правильно сделал, что начал именно с нее. Помнишь, какой наша колдунья была на первом курсе?

Эрт Торано недовольно наморщил нос:

– Она росла в глухом лесу, под опекой полоумной бабки, которая растила ее как звереныша.

Неудивительно, что из бедной девочки выросла нелюдимая дикарка, у которой, когда она пришла к нам, одни иголки наружу торчали.

– Норие сделала ее более общительной и терпимой, – одобрительно кивнул Ларун. – Сгладила острые углы. Поэтому мальчишка в любом случае не прогадал.

Ректор устало потер лоб:

– Ладно. Посмотрим, что у него в итоге получится.