Трое

Внезапно остро вспомнились времена, когда она была совсем одна, когда она сидела в своей студии, в своем милом доме, пила вкусный чай, медитировала, в голове возникали образы того, что она потом хотела бы воплотить на холсте…  Ей, оказывается, этого очень не хватало… Ей, оказывается, очень тяжело все время думать о других… О том, что сейчас где-то в доме находится человек, живой еще человек, со своими мыслями, эмоциями, воспоминаниями… Человек, у которого, как и у нее, были мама и папа, которые его наверняка любили.

Человек, который еще не знает, что он уже умер. Что другие люди уже все решили за него. Какой бы он ни был, но он человек. И, самое страшное, что Мишель прекрасно понимала, что она не будет препятствовать убийству. Потому что, и надо быть честной с собой, если на одной чаше весов окажутся близкие ей люди, те, кто ей дорог, а на другой чаше жизнь этого, в целом, не очень-то хорошего человека, она сделает однозначный выбор.

Мишель поймала себя на мысли, что теперь мысленно она считает Диксонов близкими, любимыми людьми. Не просто партнерами. Не просто удобными спутниками, с которыми хорошо заниматься любовью, выживать, чувствовать себя в безопасности.  Нет. Они для нее именно близкие, именно любимые. И те слова, что она им крикнула сгоряча… На самом деле она так не думала совершенно. И, наверно, они обиделись.

А вот,  фигушки!

Мишель  хмыкнула, пнула  подвернувшийся под ноги камень и вернулась в дом. В большой гостиной Карл, Бет и София играли в карты. Мишель присоединилась, весело смеясь и  подначивая все время проигрывающего Карла, демонстративно не обращая внимания на то и дело  появляющихся в проеме двери братьев. Они выглядели... хммм… как-то пристыженно, что ли… Смущенно… Как будто не знали, как подойти к ней. Очень забавно на их таких разных лицах мелькали одни и те же эмоции.

Позже Мишель помогала с обедом Керол. На кухне крутился  возле  перекусывающей Лори отдохнувший Шейн, в углу тихо сидел, потягивая из  кружки горячий чай, Гризли. Очень уютная, даже умиротворяющая атмосфера. Мишель как раз нарезала лук, когда в дверях появился Мерл.

- Это… Малышка…

Мишель не повернулась, продолжая работать ножом.

- Пошли, че скажу.

- Не хочу. – Мишель сгрузили  лук в кастрюльку, - я занята. Обед готовлю.