Трое против Пинкертона

– Том, сейчас не время, послушай старика, город будоражит. Народ вооружился, а это не спроста. Все возбуждены и напуганы, а когда так, то стрельба может возникнуть по любому поводу. Вот скажи тебе это надо, после того как ты столько ждал?

– Нет. Но сколько уже можно и вот что я тут думаю…

– Что? – щелки глаз старика уставились на круглое и румяное лицо молодого партнёра.

– Не охота мне тащить эту стерву через всю страну, надо кормить, следить чтобы не сбежала, а она девка активная.

– Предлагаешь отвезти её в ящике?

–Так меньше мороки, что-то я устал уже от этого дела, – сказал Том.

– Устал он, – усмехнулся Эд, – такой молодой и устал.

– Так, что скажешь, Эд?

– Я то не против, только сдаётся мне, что ты не просто так спросил.

– Не просто так, – подтвердил Том.

– Дай угадаю, ты хочешь, чтобы девчонку кончил я? Не хочешь брать грех на себя, но хочешь извлечь из него выгоду.

– Ты же уже убивал женщин, сам говорил. Тебе какая разница.

– Какая разница?! Так то индианки были…Ладно, хорошо.

– Я займусь этим поляком, который вьётся вокруг неё. Не отдаст же он нам её просто так.

– Не отдаст, – согласился Эд.

– Значит договорились, Эд, девчонка на тебе, поляк на мне? – спросил Том.

– Значит договорились.

Гомстед, июнь 1892

Трегубов чувствовал тяжесть револьвера. Он оттягивал карман, кобуры у Ивана не было. Нужно было брать ружье, подумал он, посмотрев на друга. Михаил прислонил своё к стене дома и молча ждал, когда Джейн выйдет из дома.

Ладно Миша, он здесь живёт, это теперь была его страна и его девушка. А какой чёрт дернул его, Трегубова, схватить револьвер и выступить навстречу приключениям.

Интересный вопрос, на который не было однозначного ответа. Это было и желание поймать убийц Стрельцова, и помочь другу, и встать на сторону справедливости. Всё так. Но не было ли в этом некой доли авантюризма, в которой Иван боялся признаться самому себе.

Раздумья были прерваны появлением Джейн в штанах и куртке.

– А вы что думали, я отправлюсь в патруль, надев платье. Хорошо, что Мэтью был примерно одного со мною роста.

На боку девушки висела кобура из которой торчала рукоять револьвера. Оказалось, что она была более практична, чем московский следователь и когда выбирала револьвер уже знала, как будет его носить.

– Идём, почти рассвело, – проворчал Себастьян.