Трое в долине

Мы послушно выпрямились, с затаенным восторгом уставившись на новое, непонятное, но такое естественное и долгожданное чудо. Однако статуи и впрямь преобразились, от них больше не исходил прежний холод. Напротив, каменные лица богинь ожили, расцвели, а вместе с ними задышал и весь храм, приветствуя возвращение великих сущностей.

Раа… неведомый скульптор изобразил ее чересчур молодой, почти что девушкой, однако фигура, которая соткалась сейчас из света, принадлежала уже зрелой женщине. Причем не писаной красавице, как кто-то мог подумать, а вполне себе обычной леди, с одухотворенным, немного усталым лицом и мудрыми, все понимающими глазами, в которых крылись и многовековые знания, и глубокая, какая-то всеобъемлющая любовь, которая ощущалась буквально кожей.

Вторая богиня тоже мало походила на свое изваяние. Наа выглядела гораздо моложе сестры, в ее глазах блестели явственные смешинки, и если первую я бы еще могла сравнить с многомудрой матерью, то вторая оставляла ощущение чего-то менее величественного, но не менее важного.

Чувство, которое каждый из нас многократно испытывал, когда внезапно встречал в своей жизни родную душу.

– Саан не враг нам, – произнесла Раа, оглядев наши восторженно-недоверчивые лица. – Напротив, его трепетная забота вызвана лишь безграничной привязанностью. Но он забыл, что излишняя опека может привести к беде, поэтому его вмешательство было несвоевременным, хотя и нельзя сказать, что уж совсем беспричинным.

– Твои волнения беспочвенны, – подала голос Наа, пристально взглянув на несколько озадаченного Ларуна.

 – Эти дети не станут причиной новых бед. И их не ожидают опасности в империи. Безусловно, трудности начнутся, но в твоих силах помочь им и оградить от чрезмерного внимания. К тому же орден жрецов уже сегодня выскажет готовность взять их под свое крыло, а император, конечно, будет недоволен, но с этим ему придется смириться.

– Благодарю, великая, – с неимоверным облегчением наклонил голову куратор. – Безумно рад это слышать.

– Твои проблемы тоже решатся, – улыбнулась ему богиня.

 – Контракт – это еще не приговор, так что, обойдя один, никто не помешает тебе обмануть другой. И это закроет рану, которую ты, сам того не ведая, носишь в душе уже много лет. Что же касается вас…

Наа обратила на нас свой совсем не величественный, а в чем-то даже озорной взор.

– За то, что вы сделали, я отвечу каждому из вас на самый важный вопрос. Ты…

Ник почтительно наклонил голову.

– Гибель твоей матери была случайной, в том нет твоей вины.