Трофей для альфы

И этого было достаточно! Желание догнать суку и как следует отыметь резко сменило курс и девятым валом обрушилось на стонущую в его руках девушку.

Размениваться на благородство не стал. Да и к чертям его! Девчонка явно хотела секса, вся ладонь мокрая – стоило провести между услужливо расставленных ножек.

Оторвавшись для глотка воздуха, Герман взглянул на свою будущую жертву. Хорошенькая! Светло-серые глаза возбужденного сверкают, губы пухлые, зацелованные, темные волосы слегка растрёпаны, и одна бретелька сползла, открывая чашечку бюстика.

Хлоп! И за ними с грохотом лязгнула дверь.

И волки вдруг зарычал требовательно, приказывая вытряхнуть девчонку из платья и взять тут же, у стены.

Нет! Сначала постель.

Руки скользили по нежным изгибам, сминая и разрывая воздушную ткань.

- Блядь, - не выдержал, когда платье облаком скользнуло вниз.

Аппетитная фигура! Высокая грудь двойка, плоский животик и вполне себе хорошие бедра. И все это в упаковке из полупрозрачного белья и чулок.

От хлынувшей дозы возбуждения в паху занемело, и Герман буквально сорвал с себя рубашку.

-Ого-о-о... - застонала малышка, облизывая его взглядом.

Волк довольно зарычал, а Герман подхватил красотку на руки и рухнул на постель. К черту все. Илону, с ее закидонами, раздолбаев-заказчиков, которым вечно не то, тупых законников, нагородивших идиотских правок и этот долбаный праздник, будь он трижды неладен!

Хотя его завершение определенно начинает нравиться.

Белье исчезло, оставляя малышку бесстыдно голенькой.

Герман рывком развел девичьи бедра в стороны и хищно облизнулся. Пухлые складки истекали влагой, как сочный экзотический фрукт. Такие плотные, упругие. Он почти физически чувствовал, как там тесно.

Навалившись сверху, с удовольствием ощутил, как девочка приподнимает бедра и оплетает его ногами. Ёрзает всем телом, толкается навстречу, требуя перейти сразу к горячему, потому что уже больше чем готова, и он тоже.

Головка скользнула по насквозь мокрой плоти и уперлась в тесный вход.

- Да... ну же... - забормотала в его губы малышка, и Герман толкнулся внутрь.

- Чер-р-рт! – чуть не взвыл от взрыва чистейшего удовольствия.

Шелковая плоть охватывала член плотно, как перчатка, он едва мог протиснуться. Девочка протяжно застонала, впиваясь коготками в плечи. Сквозь тонкий, даже несколько приятный аромат пробился едва слышный запах крови.