Трофей Его Высочества

И я снова оказалась в одном из фрагментов забытого прошлого…

Сердце колотилось, словно после бега. В горле снова встал ком, а душу накрыла горечь осознания.

Дева Заступница, как мы могли всё это потерять? Почему? Я ведь была так счастлива тогда! С ним. С моим айвом. Я так его любила.

Слёзы навернулись на глаза, но я не дала им волю. Сдержала всеми остатками воли. И в этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошёл Мар.

– Что случилось? – Он выглядел взволнованным, а из одежды на нём были только брюки.

– Нет, – я поспешила отвернуться.

– Но я же чувствую, что тебе плохо. Горько… – он присел на край кровати. – Снова сон?

– Да, – не стала отрицать.

– Нет. Хороший, – проговорила, сев на постели. – Слишком хороший.

– Но почему тогда ты чувствуешь тоску?

И я решила сказать, как есть.

– Потому что так уже никогда не будет.

– Ты видела… своё прошлое? – спросил с пониманием.

Он медленно кивнул, черты его лица смягчились.

Повернулась к нему, наши взгляды встретились, и возникло ощущение, что я снова в том сновидении.

– Ночь, берег моря, и мы с тобой на покрывале. Под звёздами. – Я старалась, чтобы голос звучал ровно, но эмоции всё равно скрыть не удалось. – Ты был очень осторожен. Нежен. И я любила тебя.

– И я любил тебя, – ответил он. Протянул руку, коснулся моих пальцев.

– Скажи, ты на самом деле думаешь, что мы можем начать всё с начала? Хотя бы попробовать?

Он ответил не сразу. Некоторое время молчал, обдумывая мой вопрос.

– Между нами нет доверия. Мы всё ещё по разные стороны баррикад. Ты принцесса страны, которую мы почти завоевали. Но несмотря на всё это, ты очень дорога мне.

– И ты дорог мне, Мар, – призналась, опустив взгляд.

А он переплёл наши пальцы и придвинулся ближе. Чуть приобнял, провёл ребром ладони по моей скуле и едва заметно улыбнулся.

– Пора собираться. Скоро начнутся занятия, а нам с тобой ещё нужно позавтракать.

Отстранился, поднялся на ноги, но уходить не спешил. Просто стоял и смотрел на меня.

– Уже все в курсе, что ты – Эниремия Вергонская, – сказал он ровным тоном. – Слухи разлетелись мгновенно. Многие преподаватели против твоего обучения здесь. Академия стоит на ушах. Отец настаивает на разрыве нашей связи и твоём помещении в тюрьму. Но я не позволю никому причинить тебе вред, как и обещал.

И добавил, уже чуть мягче:

– Всё непросто.