Трофей Его Высочества

Использует ли он меня? Ох, вряд ли. Но к его просьбе всё-таки прислушаюсь. И больше никому не позволю мной играть. Даже ради благополучия Вергонии.

Первая неделя в академии пролетела для меня, словно одно короткое мгновение. Мне нравилось учиться, нравилось узнавать новое, постепенно приручать и осваивать собственную магию. Да и наставник мне попался на удивление спокойный и понимающий. Он ни разу не повысил на меня голос, хотя иногда я вела себя очень глупо. А профессор Лаусон только вздыхал и начинал всё объяснять сначала.

Ох, думаю, у него ещё никогда не было настолько трудной ученицы. Ведь у магов в большинстве случаев дар открывается в юности, а мне уже, как-никак, почти двадцать один год.

И всё же успехи были, и немалые. И каждому своему достижению я радовалась, как маленькая девочка новой игрушке. Но сегодня был поистине особенный день. Ведь у меня впервые получилось создать настоящее плетение «Порыв ветра»!

Наставник говорил, что это одно из простейших базовых умений, на основе структуры которого строятся все плетения воздушного порядка.

Я несколько дней пыталась его сделать, но всё было впустую. И вот сегодня, наконец, получилось! Правда, порыв вышел такой, что свалил с ног бедного профессора, но он тоже был настолько рад нашему успеху, что не придал значения собственному падению.

Я же и вовсе пребывала в полном восторге. И так безумно захотелось поделиться своей радостью с Маром, что даже попросила эрна Лаусона отпустить меня чуть раньше. Пожилой профессор только махнул рукой, но улыбался так самодовольно, будто это он, а не я, сегодня совершил личный прорыв.

Наши отношения с Анмаром так и застряли на уровне слишком близкой дружбы. Мы все вечера проводили вместе, много говорили, узнавали друг друга заново, иногда позволяли себе прикосновения, даже объятия, но определённую черту не переходили. О близости, которая требовалась для стабилизации магии, мой хайт даже не заикался.

Я понимала, что он не сможет долго оставаться в стороне, что ему придётся прийти ко мне за исполнением долга, но Мар упрямо делал вид, что не помнит ни о каком ритуале.

Правда, иногда срывался и долго с упоением целовал меня, да так, что я теряла голову. Но дальше поцелуев не заходил. И каждый раз, отстраняясь от моих губ, смотрел в глаза с такой надеждой…

Он ждал, когда я поверю ему настолько, чтобы пустить в свою постель. Он не давил на меня, и я была искренне ему за это благодарна.

Время близилось к вечеру, и коридоры учебного корпуса по большей части пустовали.