Трофей Его Высочества

Забылась? Расслабилась? О, да. Сомневаюсь, что вино смогло бы дать хоть четверть такого эффекта.

В дверь стучали. Причём, не в дверь спальни, а в ту, что вела в гостиную из общего коридора. За окном уже почти рассвело, но до подъёма оставалось ещё около часа. Дабы не потревожить сон Эниремии, я осторожно выбрался из постели, натянул штаны и тихо вышел.

В душé поселилось дурное предчувствие. Да и столь ранние визитёры вряд ли могли принести хорошие новости.

– Ваше Высочество, – поклонился мне стоящий за дверью мужчина в форме королевского полка.

– Это приказ Его Величества? – спросил я тихо. В коридоре было пусто, но привлекать к себе внимание всё равно не хотелось.

– Нет, – ответил солдат. – Это просьба эрна Солса.

– Казначея? – не смог сдержать удивления. Но судя по беспокойству в глазах гвардейца, причины вызвать меня ранним утром у этого айва были весьма вескими.

– Увы, сейчас кроме него отдавать приказы больше некому, – едва слышно произнёс солдат.

Два слова… Всего два слова, и такое безумное значение.

Я застыл на месте. Сердце замерло, а потом загрохотало в груди. Мама… Отец… Великие стихии!

– Минуту, – выдавил я и скрылся за дверью.

В голове галопом метались мысли. Руки дрожали, думать не получалось. Я одевался, не понимая, что делаю. Рубашка, китель, обувь. Ходил по спальне, словно призрак самого себя. Возникло чувство, будто меня окружил вакуум, и я двигаюсь в нём, не в силах выбраться.

Голос Эниремии стал для меня тем самым живительным уколом, разрушившим окруживший меня пузырь отчуждённости. В миг вернулись звуки, запахи, а голова заработала, как нужно.

– Всё хорошо, – ответил я своей Мие, даже заставил себя улыбнуться в ответ на её обеспокоенный взгляд. – Спи. Ещё есть время. А мне нужно во дворец.

Но она не поверила в моё спокойствие. Поднялась, подошла ближе. И в этот момент её ни капли не смущала собственная нагота.

– Что случилось? – спросила она, коснувшись моей щеки.

Я накрыл её пальцы своими, потом поцеловал ладонь и снова посмотрел ей в глаза.

– Всё будет хорошо, – ответил ей. – Мне пора. Я вернусь, как только смогу.

– Береги себя, – проговорила Эниремия и сама легко коснулась губами моих губ.

– Обещаю, – ответил ей. И направился к двери.

Уходить было тяжело, а стоило увидеть гвардейца, и сердце снова сжалось от страха за родных.