Трофей Его Высочества

Как ни тяжело это признавать, но побег придётся отложить. Временно. До более удачного времени. А пока для меня со всех сторон будет лучше вести себя смирно и держаться поближе к Анмару. Пусть у него этот страшный шрам, а сам он сдержанный, как скала, но к насилию явно несклонен. Нет, он мой враг, и я не стану думать о нём хорошо. Но он меня спас, забрал из камеры, можно сказать, умыкнул у палача. И за это я ему искренне благодарна.

Благодарна. И не более.

И это чувство никак не помешает мне отомстить ему за всё… когда придёт время.

Гервин сидел в шикарном кресле в своих покоях и смотрел на меня с сомнением. Артефакт в его руках приглушённо светился синим светом. Он всё ещё раздумывал, давать ли мне эту реликвию, но я уже знал, каким будет его ответ. Потому стоял перед ним совершенно спокойный.

Помню, в те далёкие времена, когда я был импульсивным, даже немного вспыльчивым, это часто заставляло меня действовать слишком быстро и совершать необдуманные поступки. Тогда старший брат казался мне очень мудрым и уравновешенным.

Теперь же, когда у меня почти не осталось эмоций, подобные неприятности мне не грозили. Голова всегда оставалась ясной, а сознание трезвым. Это сильно помогало просчитывать наперёд чужие ходы и распутывать самые сложные задачи.

– Он разряжен, – наконец сказал Гервин. – Восстановится только через несколько дней. И я не могу вот так отдать его тебе. Эта штука пригодится мне здесь.

– Увы, задерживаться дольше я не могу, – мой голос звучал ровно. Как, впрочем, и всегда.

 – Артефакт верну тебе при первой же возможности.

– Ты всё-таки думаешь, что это она? – в глазах Герва появилось сочувствие, которое он сразу же поспешил скрыть.

– Нет, – сказал я честно. – Чужое лицо, на теле нет ни одной знакомой родинки. Даже шрамы, и те отсутствуют. А ведь один, на щиколотке, Мия получила при мне. В ней всё другое, кроме фигуры. Но это незначительное совпадение.

– И всё же ты просишь у меня артефакт истины, чтобы узнать наверняка.

– Почему? – брат задал закономерный вопрос.

Рациональный, верный.

Но мой ответ логичным назвать было никак нельзя:

Гервин, как ни странно, усмехнулся, а потом подался вперёд в своём кресле и внимательно посмотрел мне в глаза.

– Скажи, ты хочешь, чтобы эта твоя страшилка оказалась принцессой или нет?

– Я хочу, чтобы она оказалась моей Мией, – ответил совершенно честно. – Той, какой она была со мной.

– Значит, всё ещё допускаешь мысль, что Её Высочество и твоя возлюбленная – это два разных человека.