Трофей Его Высочества

Ничтожеством, которое даже за себя постоять не в состоянии.

Пока рядом со мной оставалась Петра, я старалась держаться. Но когда мою камеристку забрали, всё стало по-настоящему кошмарно. С тех пор если мне кто-то улыбался, то это было ради очередной насмешки. Потому видеть искреннюю улыбку хрупкой светловолосой Клары казалось особенно странно.

Наш путь закончился во внутреннем дворе, у входа в хозяйственную часть дворца. На площадке стояли две машины, да такие огромные, что могли вместить не меньше двух десятков человек каждая.

Прямоугольные монстры на колёсах имели грязно-бежевый цвет и очень маленькие окошки, зато колёса у них были почти с меня ростом.

Клара подвела меня к одной из них и отошла к стоящим неподалёку двум девушкам. А стоило тем увидеть меня…

– Это что ещё за чучело? – выдала одна из них – черноволосая, смуглая с тёмно-карими раскосыми глазами.

– Каэми, так это же и есть игрушка Его Высочества, – рассмеялась вторая, тоже смуглая, но с медными волосами, которые закручивались в мелкие спиральки.

 – О ней весь дворец со вчерашнего вечера судачит. Он же её в академию везёт. Говорят, на опыты магам.

От последней фразы меня передёрнуло, душу затопил страх. А ведь это похоже на правду! Так, может, я именно за этим понадобилась принцу?

– Ну и физиономия у неё. Бррр. Надеюсь, это не заразно, – снова заговорила первая. Кажется, её называли Каэми. Что за странное имя?

– Лучше держаться подальше, – ответила её подруга. И обратилась к моей провожатой. – Клара, надеюсь, ты не прикасалась к ней?

– Нет, что ты, Суэли, – поспешила заверить та, что совсем недавно мне улыбалась.

 – Я даже не подходила близко.

Вот вам и ценность искренней улыбки. Фальшь. Снова.

Кстати, обе смуглянки были одеты в красивые брючные костюмы с удлинёнными пиджаками. Блондинка выглядела куда проще. А я на их фоне смотрелась ещё большим чучелом. Снова возникло желание спрятаться, забиться в угол, где никто не найдёт. Но пришлось так и остаться на площадке, залитой серым утренним светом.

Всё, что я себе позволила – это отойти к стене, у которой пока ещё сгущались тени.

Вокруг суетились мужчины в незнакомой мне форме: черных брюках и светло-серых удлинённых кителях, застёгнутых до самого подбородка. Они укладывали в машины какие-то коробки, тюки, еду, оружие, но при этом спокойно переговаривались между собой, да и вообще выглядели расслабленными. А ещё они все были примерно одного возраста, лет так двадцати трёх-двадцати пяти на вид.