Трофей Его Высочества

Но едва выйдя из машины на этой поляне, увидев реку и нирии, я с кристальной ясностью осознала, что мой сон может скоро сбыться.

Долго сомневалась, стоит ли говорить Анмару, но в итоге просто не смогла промолчать.

Самого захвата я не видела. Мар отдал распоряжение всем девушкам сидеть в машинах, оставил с нами четверых солдат и вместе со своей командой растворился в лесу.

Не было их около получаса. А когда вернулись, привели с собой пленников. Причём, каждый уже был связан и имел на шее рабскую побрякушку.

Я же так и сидела у окошка, терзаясь муками совести. Отсюда мне было хорошо видно происходящее на поляне, но ничего расслышать не получалось.

– Рена, прости, можно я посижу с тобой? – отвлёк меня знакомый девичий голос.

Обернувшись, увидела белокурую Клару. Она выглядела смущённой, но пыталась приветливо улыбаться. Две смуглянки тоже находились в этой машине, но заняли самое заднее сидение и о чём-то тихо перешёптывались. Клару они в свой кружок секретиков почему-то не позвали.

– Садись, – ответила ровным тоном.

Но удержаться от ехидной фразы не смогла: – А что, подружки-сплетницы изгнали тебя из своей компании?

Она замялась, покраснела, но всё-таки опустилась на сидение рядом со мной.

– Извини. Я не хотела тебя обидеть тогда. Глупо поддакнула этим… Мне стыдно.

– Ладно, – отмахнулась я и снова посмотрела за окно, где всё так же шёл групповой допрос пленённых диверсантов. – Как думаешь, их теперь убьют?

Клара проследила за моим взглядом.

– Нет, – ответила она.

 – Я заметила, что айвы вообще стараются обходиться без бессмысленных смертей. Пленных ждёт рабство.

– Не тюрьма? – выдала я удивлённо.

– В Айвирии нет тюрем. За тяжкие преступления суд приговаривает преступников к казни, за остальные – к рабству на определённый срок, с определёнными оговорками.

– Ты так спокойно об этом говоришь. Ведь рабство – это ужасно! – не смогла сдержаться я.

– Не спорю, – кивнула Клара. – Но таковы их устои. Заметь, в их стране каждый рождается свободным.

Рабом может стать лишь тот, кто этого заслуживает. Преступники, бродяги, или те, кто не в силах платить за себя налоги. Там много нюансов и тонкостей, мне Райс рассказывал.

– Ты ведь его хаити? – вспомнила я.

– Да, – на лице блондинки появилась тёплая, нежная улыбка.

Смотрела она при этом на троицу крылатых, стоящих перед пленными. Методом исключения я сообразила, что говорит она о русоволосом здоровяке. И, кажется, Клара относится к нему с большой теплотой.