Трофей Его Высочества

Реальных доказательств у меня всё ещё не было. Сама она тоже не признается, по крайней мере сейчас. И всё же, рядом со мной спала именно Мия, и я снова начал чувствовать её душу.

Нет, пока это были лишь отголоски былой связи, но ведь они были! И проснулись они в момент нашего поцелуя.

На самом деле, коснувшись после ритуала губами губ своей хаити, я был разочарован. Её поцелуй был совсем другим. Чужим. Ничем не напоминающим поцелуи Мии. Рена не доверяла мне, боялась происходящего, она была напряжена и растеряна.

Но всё же я не отступил… а она неожиданно ответила. Открылась мне, даже позволила коснуться языком кончика её языка.

И в этот самый момент во мне что-то изменилось. Я будто вернулся в прошлое, в тот самый дождливый вечер, когда впервые целовал свою принцессу. Так же осторожно, неспешно, боясь напугать. И тогда она тоже ответила… заставив меня потерять голову от счастья.

И всё же поцелуй Рены был другим. В нём чувствовалось отчаяние, решительность, надежда. Она открывалась мне, показывала свою душу, пробуждая при этом мою.

А её слова о том, что это было лучшим, что произошло с ней за последнее время, отдались во мне неожиданной горечью.

В тот момент я видел перед собой Мию. И пусть логика ещё заставляла искать доказательства, но моя израненная душа, пробуждённая этим поцелуем от долгого сна, уже ни в чём не сомневалась.

Вот только если я скажу Рене, что знаю, кто она, это всё испортит.

Эниремия ведь не помнит меня. Считает придурком, который развязал войну из-за её отказа.

Да я бы и сам считал себя недалёким идиотом, если бы не знал всей правды. Потому пока мы всё оставим, как есть. По крайней мере, до тех пор, пока я не выясню, как её заставили меня забыть. И кто так искалечил её душу.

Да, мы оба изменились. Беззаботного самоуверенного Мара всё же убили в тот роковой день. Но, кажется, и Мию постигла та же участь. Нас прежних давно не было. А мы нынешние – это совсем другие люди. Но несмотря на это, наши души продолжают тянуться друг к другу, с ней я снова начинаю испытывать простые человеческие эмоции.

Так, может, и она сумеет исцелиться рядом со мной?

Что я чувствовал теперь рядом с Реной? Как ни странно, спокойствие. Мне нравилось её обнимать, нравилось вдыхать знакомый запах её кожи и лаванды, нравилось само осознание того, что она рядом. Но той безумной страсти, которая царила между нами раньше, уже не было.

Да, мои эмоции начали просыпаться. И сейчас я чувствовал себя в сотни раз более живым, чем неделю назад.