Останавливаюсь, чтобы отдышаться. Оглядываюсь. Мы уже почти дошли до Академии, расположившейся уступами на скалах, осталось только над обрывом пройти. И с этого обрыва отлично видно розовеющий горизонт. Скоро рассветёт.
А внизу под нашими ногами пятном цвета индиго лежит море. Жадно вдыхаю пахнущий солью и водорослями воздух. Запах странствий и приключений. И надеюсь, не все они будут такими, как сегодняшние.
Облизываю припухшие губы, чувствую пряный вкус чёрного перца и ещё каких-то незнакомых специй, оставшихся после поцелуев с посторонним мужчиной, и мучительно краснею, радуясь, что в сумерках дядя едва ли это заметит.
Осторожно провожу пальчиком от одного уголка рта к другому. Простое прикосновение освежает память и запускает приятную волну по телу. Кошмар. Нужно срочно избавляться и от этого воспоминания, и от собственной реакции на него.
– Отдохнула, – вздрагиваю от голоса дяди. – Идём.
Он доводит меня до блока, в котором меня поселили, как будто опасается, что я по дороге могу исчезнуть, и дожидается, пока я зайду внутрь.
Из прихожей дверь ведёт в общую гостиную, оттуда можно пройти в одну из двух спален. Одна из них ещё пустует, во второй живём мы с Неймой.
Не сомневаюсь, что моя соседка по комнате уже спит и видит десятый сон. Пытаюсь рассердиться, она ведь бросила меня в беде, но сил даже на раздражение нет. Утром поговорю с ней и всё выскажу. А сейчас спать. До утренней пробежки, с которой начинается утро в Академии, и без того осталась пара часов.
Тихонько прокрадываюсь в купальню, чтобы умыться и почистить зубы. Здесь есть небольшой бассейн в мраморном полу, и я, быстро раздевшись, погружаюсь в тёплую воду. Выпрямляю натруженные ноги. Вода в бассейне проточная, поступает из минерального источника. И я несколько минут наслаждаюсь бегущими по коже пузырьками. Какое блаженство! Не уснуть бы прямо здесь.
Заставляю себя выйти из воды и, завернувшись в полотенце, возвращаюсь в спальню. Кое-как вытеревшись, забираюсь под одеяло такая, как есть, голая.
Я не люблю спать в одежде, маечки, пижамки – это не моё.
Сворачиваюсь калачиком и… открываю глаза. Утро.
Нейма сидит напротив, на своей кровати, и жадно на меня смотрит.
– Ну давай, рассказывай, – нетерпеливо начинает она, заметив, что я открыла глаза.
– Что? – не понимаю я.
– Какой у него?
– Ты о чём, Нейма? – удивлённо спрашиваю я.
И тут до меня доходит смысл её вопроса. Внизу живота разгорается пожар, кровь приливает к щекам.
