Трофей для Зверя (СИ)

Все было так, словно люди побросали то, чем занимались и в спешке покинули деревню.

Без растопленных печей дома выстыли. Морозные узоры покрывали окна не только снаружи, но и внутри, вода в умывальниках замерзла, а хлеб, оставленный на столе, прекратился в кусок льда.

Из крайнего дома Мелена забрала три ватных одеяла и со всех сторон обложила бледного, словно смерть, кхассера. Эсса довольно заурчала и, забившись поглубже в теплый кокон, снова заснула.

Мелене тоже хотелось спать, но нельзя.

Еще дважды им на пути попадалась разорванная изнутри земля. И каждый раз вокруг виднелись явственные следы битвы: отпечатки магических ударов, поломанные копья и обгоревшие останки чудовищ.

Тел защитников было не видать.

И каждый раз сердце сжималось от тревоги. Они ведь выстояли? Справились? Откинули обратно злобных тварей?

Должны были справиться. Иначе плохи дела. Даже ей, привыкшей к крови и жестокости, становилось не по себе, когда думала, сколько жертв ждет Милрадию, если рой прорвется в полную силу.

В третий раз они нашли провал, когда до Асоллы оставалось всего несколько часов пути. Совсем небольшой и тоже обожженный, но когда Мел привычно направила клячу в обход, что-то показалось странным.

Неясная тревога заставила ее остановить повозку в стороне, а самой вернуться к провалу. С ним было что-то не так, неправильно. Мел прошлась вдоль края, заглядывая внутрь, но ничего кроме черных обвалов не увидела.

Пусто.

Что именно не так, Мел поняла, только когда прикоснулась ладонью к разбросанным повсюду камням. В них тоже звучали отголоски темных колоколов, только не затухающие, как прежде, а живые. Пульсирующие в такт чужому сердцу.

Мел прислушалась. Не к звукам снаружи, а к тому, что творилось внутри. Камень откликался на ее призыв, раскрывая свои секреты.

Кто-то еще говорил с ним. На другом языке, грубо, заставляя прогибаться и пропускать сквозь толщу.

Валлен. И откуда-то издалека шел едва уловимый отклик на его колебания.

Он звал своих.

Мелена чувствовала его магию, так похожую на ее собственную, но столь чуждую этому миру, что внутри все противилось."

"Она опустилась на колени. Прикрыла глаза, нащупывая нарушителя границ и направила туда свою силу. Но не для того, чтобы погубить.