Трофей для Зверя (СИ)

— В этом направлении больше нет ничего, — Магистр снова крутил кристалл, в это раз заменяя голубой розовым, — он просто никогда не был внутри. Пусто.

Хватка Маэса стала еще сильнее, и левый подлокотник подозрительно жалобно скрипнул.

— Проклятье! — Вейлор ударил кулаком по столу, — не мог попасться кто-то более приближенный ко двору?!

Последний вопрос был адресован Мелене, будто это она сама лично из десятка доступных кхассеров, выбрала самого никчемного.

— Что еще?

Изображения стремительно сменяли друг друга.

— Довольно! — снова вмешался Вейлор, — не интересно мне смотреть на эту дыру.

Лукавил. Всем было интересно увидеть, как живут в Андракисе. Даже Мелена и то шею вытянула и на цыпочки привстала, чтобы не пропустить ни одного образа. Ей жуть как любопытно было узнать, как там, за горами.

— Я хочу знать, как он попал к нам!

Магистр снова взялся за кристаллы, переставил из местами, немного повращал, выискивая нужное положение, а зеркало тем временем выдавало все новые изображения.

Горы. Снег. Дикие бураны, бьющиеся о скалы. Потом долина Изгнанников. Изображение замерло возле высокого серого камня утопающего в сугробах, но затем понеслось дальше. Они увидели одинокого путника, неспешно бредущего по Долине. Он то и дело проваливался по колено, оглядывался, что-то выискивая взглядом. Потом снова горы. Перевалы, узкие тропы над пропастью и уже Милрадия.

— Это что же получается? Он просто пешком перешел через Сторожевую гряду? Один.

— Как видите.

— Невозможно это! Они бы давно к нам просочились, если бы все было так просто! — взвился Вейлор. У него аж щеки покрылись злым румянцем. Сама мысль о том, что защита не идеальна приводила его в бешенство.

— Машина никогда не врет, — спокойно возразил Магистр, — вы видели, как все было на самом деле!

— Не может этого быть! Просто не может и все! Перепроверь!

— Как скажете.

И Рамэй перепроверил еще трижды, с тем же самым результатом.

— Я не понимаю. Как это возможно?

— Может ваша стена начала ослабевать? — предположил Рамэй и тут же заткнулся, нарвавшись на взгляд правителя.

— Проклятье!

Мелене давно не доводилось видеть короля в таком дурном расположении духа. Обычно он был мрачен и молчалив, а тут бранился, как рядовой солдафон.

Сама она неотрывно смотрела на кхассера. Он так ни разу и не пикнул, хотя боль была дикая.