Трофей генерала драконов

И вот!

— Что вот? — теперь уже я растерла шею, чувствуя, что сейчас меня где словесно ущипнут.

— Как что? Ты не понимаешь? Лера Алисия наконец-то рассталась в этим своим ""всепрощением"" и отыскала свои зубы, чтобы продемонстрировать зажравшимся от безнаказанности соплячкам свой оскал. О Богиня Мать! Я знаю, ты это видишь.

— Талья, ну что ты устроила. Я и раньше...

Как-то запнувшись, постучала тростью по полу.

Ну хорошо, в чем-то она права. Прощала. Всегда и все.

— План есть? — Талья растерла ладони. — Пока ты не передумала, нужно мстить.

А знаю я тебя: посидишь, погрустишь да и все опять простишь.

— Нет... На сей раз уже нет. Они окончательно потеряли берега и решили, что я не их сестра, а коврик на крыльце

— Что значит решили? Да они всегда так думали и не обижайся на меня за эти слова. И лерд вел себя так же. Что твой отец, что брат. Будто ты и не сестра и дочь вовсе. И дело даже не в том, что тебе целителя искать не стали, а в том, что покойный хозяин мужа тебе искал не среди сыновей лердов, а среди богатых зажиточных, но все же арендаторов.

Это ли не странность? Я сама видела, как твой портретик положили в шкатулку невест. И показывали сынкам местных землевладельцев. Это потом она оттуда исчезла. Может, и передумал лерд.

— Фроди украл, — улыбнулась я, и тут же вмиг стала серьезной.

А ведь действительно портреты близняшек лежали совсем в другой шкатулке и возили их в соседние лены, правда, желающих сделать их своими невестами не нашлось. Приданое за ними, кроме сундука, не было.

Вот значит как.

Чем больше я размышляла, что происходило в нашем замке, тем сильнее убеждалась — неспроста все это. Не просто так меня в угол семьи задвинули и хотелось бы знать, в чем же загадка.

— Так я жду твоих распоряжений. Что мы им сделаем? Скинем на них бычьи пузыри с кровью? Улей припрем в их комнату?

— Талья, не пугай меня такими идеями. Что мы дети малые? Лучше бери таз и не донимай меня такими ужасами. Ты сегодня обязана быть на празднике.

— Зачем? — Она подскочила и завертелась на месте соображая, где в этом бедламе теперь искать этот самый тазик.

— Что такого особенного

— Будешь вместо меня злить этих двух куриц, — процедила я. — Война так война.

— И как я буду их злить? — она замерла и весьма вопросительно взглянула на меня.

— Они нацелены на генералов. Вот и будешь танцевать с Иваром Стейном, пока ноги не отвалятся. — Уголки моих губ поползли вверх — А эти пигалицы пусть стоят и видят, как крестьянка их умыла.