Онлайн-библиотека книг
Демоны надежно защищают ее, отчего теплилась надежда на то, что Темному не удастся провернуть все что он задумал без недостающих частей артефакта.
Следующим утром завтрака в виде слипшейся каши и несладкого чая не поступило. Мы переглянусь между собой. Это что-то да значит. И не ошиблись.
– Если верить моим подсчётам, – заявила Рейна, – То сегодня та сама ночь, – она сказала это шепотом, но от этого стало еще более зловеще. Сегодня решится нашу судьба…
Стражник отворил клетку и приказал идти за ним.
– Он утверждает, что я не выношу его малыша и умру, а я чувствую иначе, – пожаловалась вчера, разревелась от эмоций, не иначе как от шалящих гормонов. Я ничего не знала о беременности, только то, что на слуху, что женщин появляются странные предпочтения и мучает токсикоз. Меня совершенно в прежней жизни не интересовало продолжение потомства, какие дети, у меня и парня-то не было…
– А если он прав? – вдруг она знает больше меня.
– Глупая, ты же артефакт, – обняла меня, – Ты ему еще десятерых родишь, только выберемся отсюда. В тебе столько магии, никакая драконья кровь не сравнится.
Эта новость, подтверждающая мои мысли, грела сердце. Я правильно поступила, а может, сглупила, недоговорив Ирргху вторую новость. Возможно, бы он сопоставил их вместе и сделал иные выводы и не предложил мне аборт.
Но радостные мысли сменялись другими, вдруг он расценил мой побег не как протест, а вернулся к прежней жизни, к Арье… Она наверно радуется, что я исчезла из их жизни.
– Что-то ты совсем расклеилась, – заметила подруга, что меня качает на эмоциональных качелях, – Надо держаться, сегодня важный день.
Конечно, я понимала, но не представляла, что мы можем сделать против Темного Габриэля.
А вот Рейна, наоборот, приободрилась, словно в мыслях уже несколько раз пронзала мечом и уничтожала своего мучителя хоть голыми руками.
Нас завели в светлую комнату, я дышала полной грудью свежим воздухом, становилось легче.
А потом к нам пришла странная женщина, с большой чудинкой. Она то и дело улыбалась и заставляла крутиться. Мы ничего не понимали.
