Трофей императора

Рядом на высокой стойке дымится в курильнице фимиам, и душистый дымок поднимается к куполообразному потолку, расписанному драгоценной эмалью.

У колыбели, уронив темноволосую голову на сложенные руки, дремала женщина в платье из зеленого бархата.

Ленси задержала на ней взгляд. И сердце кольнула ледышка.

С того места, где стояла девушка, был виден только затылок незнакомки и высоко уложенный шиньон, обвитый ниткой изумрудов. Но это не помешало узнать ее.

- Климена… - беззвучно выдохнула Валенсия, узнав жену дяди.

Вот еще одна виновница всех этих бед!

Женщина вздрогнула, будто что-то услышав, и подняла голову. Ее затуманенный взгляд обвел помещение.

- Кто здесь? – голос прозвучал хрипло и настороженно.

Ленси дрогнула, отступая к стене. Но в следующий миг поняла, что Климена ее не видит.

Неслышно ступая по мягкому ковру, принцесса приблизилась к колыбели. Там, в батисте и кружевах, лежал толстый розовощекий младенец с алыми щечками.

Единственный сын герцога Феликса, его наследник, его отрада.

Тот, ради кого он готов был сойти в Преисподнюю, нарушить все клятвы и убить собственного брата.

Ленси немного отодвинула край балдахина. Безмятежный вид малыша вызвал у нее новый всплеск гнева. Магия в крови шевельнулась, напоминая о себе, и девушка вцепилась пальцами в край колыбели.

Между тем Климена склонилась над колыбелью с другой стороны. Заворковала, поглаживая согнутым указательным пальцем бархатную щечку ребенка:

- Скоро ты станешь королем Этрурии, мой драгоценный.

Весь народ преклонит колени перед тобой. В монастырях будут молиться за твое здоровье, ты станешь равным правителям других государств! Я позабочусь о твоем благоденствии. Осталось только нашему папочке уладить небольшую проблему.

За ее спиной дрогнула занавесь, прикрывавшая выход из комнаты. И в детскую стремительным шагом вошел сухопарый мужчина в сером мундире с коричневыми петлицами. На его груди сверкал герб Тилезии, усыпанный алмазами. Напомаженные волосы были уложены изысканной волной, а под тонким орлиным носом серебрились пышные усы.

Ленси узнала герцога Феликса.

Приложившись губами к руке супруги, он порывисто произнес:

- Вот и все, моя дорогая. Путь свободен.

- Ты сделал это? – голос Климены дрогнул то ли от радости, то ли от напряжения.

Феликс поморщился:

- Не сам, конечно. Но можешь быть уверена, я все видел своими глазами. Фабиан мертв, его дочери тоже. Мои люди позаботятся о телах.