Трофей императора

Он чувствовал его силу своим сердечком и всеми фибрами души, и принимал ее как данность, не требующую доказательств.

А вот два драконьих яйца, каждый размером с голову взрослого человека, весьма его беспокоили. Впрочем, как и их мать – самку анкра Элайсу.

Для нее это был уже третий выводок, да и Дин уже «привязывал» к себе ее близнецов в Обители и знал, как все происходит. Но тогда он был очень мал и действовал на инстинктах, а теперь ему предстояло совершить осознанное деяние. Установить мысленный и эмоциональный контакт с только что вылупившимся дракончиком, накормить своей кровью, дабы связь была неразрывной до самой смерти любого из них, и отсечь лишние нити ауры, чтобы подросший анкр не реагировал на приказы других членов клана.

Последнее было самым сложным. В прошлый раз он не смог этого сделать, и лишь потому Змей и Принцесса, как их назвала Валенсия, слушались девушку. Они чувствовали в ней родственную ауру. Став альхайрой Алмазного дракона и обменявшись с ним брачными клятвами, она стала частью Алмазного клана.

"Дин ничего не имел против жены отца, которую он упорно называл по имени, игнорируя неприятное и сухое «мачеха». Как раз наоборот, он бы мог назвать ее своим другом. Лучшим на этот момент. За два месяца проживания в Ирригене он так и не подружился с местными мальчишками, зато с Ленси у него было полнейшее взаимопонимание.

Но если не обрезать ауру и не напоить новорожденного анкра своей кровью, то им сможет управлять любой член Алмазного клана. А мальчик этого не хотел. С детским максимализмом он мечтал, чтобы эти анкры стали его и только его.

И потому, наспех позавтракав, он сбежал из своей комнаты через тайный проход, который они случайно обнаружили с Ленси во время своих разведывательных рейдов по замку.

Дин знал, что охрана, приставленная отцом, скоро почувствует, что в комнате никого нет. И тогда его будут искать. Но этого времени вполне хватит, чтобы никем не замеченным пробраться в загон.

Пробираясь по узкой дорожке между колючих зарослей терновника, он представлял себя шпионом, засланным в тыл врага.

По аллее, буквально в нескольких шагах от маленького дарга, неторопливо прошел караульный расчет.

Мальчик замер, прислушиваясь.

Ньорды тихо переговаривались о чем-то своем. От них исходило ощущение абсолютного спокойствия и уверенности.