Трофики

Он выронил телефон – тот свалился на дно экраном вниз, и наступила темнота. Люди отшатнулись от пролома, восклицая вразнобой. Резко замолчали.

И все услышали то самое омерзительное, душераздирающее похрюкивание…

Словно кто-то гаденько посмеивался, притаившись в подземелье. Отрывистые звуки – с клацаньем зубов, со зловещим придыханием, – и трудно разобраться, кто их производит: то ли человек, то ли животное, то ли что-то среднее между ними. Жар ударил в голову, Артем подпрыгнул, что-то в бешенстве проорал, активно используя ненормативную лексику, схватил свою доску, просунул в пролом и принялся что есть мочи долбить пустоту!

– Получай, паскуда! – орал он.

 – Чего ты там прячешься, давай, вылезай!

Звуки, издаваемые «поросенком», сменились сиплым визгом – он в кого-то попал! Последовал удар – дрогнул пол, заскрипели трухлявые перекрытия между полом и подвалом. Люди в страхе заметались. Снизу схватились за доску, потащили на себя – Артем повалился в провал лицом, чуть не ободрав его о зазубренные половицы.

Доска уплыла из рук. Подскочил побагровевший от злобы Олежка, схватил Артема за шиворот, отбросил в сторону. В проеме что-то явственно возилось, издавало квохчущие звуки. Вот что-то заблестело – два зловещих бледно-розовых фонарика – неужели глаза? Он размахнулся черенком лопаты, ударил – промазал, чуть не выломал вторую половицу! Ударил повторно, попал во что-то мягкое. Существо определенно обладало материальной природой (по крайней мере, отчасти) – испустило сдавленный визг. Внизу что-то обрушилось, посыпалась земля, заскрипели доски. Кто-то побежал – очевидно, пространство под полом позволяло это делать в полный рост. Пролетели жалкие секунды, визг перерос в плотоядное урчание, и вдруг удар обрушился правее – в то место, где находилась крышка подпола!

Очевидно, все в этот момент подумали об одном – как славно, что Олежка задвинул засов! Люди невольно оцепенели. Громкими очередями икал Руслан. Все тупо смотрели на замызганный соломенный половик, прикрывающий крышку.

Он вздулся, растекся волнами. В крышку сыпались тяжелые удары, и половик начал подпрыгивать, из него выбивалась пыль. Все смотрели на это явление как зачарованные, не моргая, не зная, что можно предпринять и нужно ли что-нибудь предпринимать…

– Ни хрена себе подковерные интриги… – остроумно, но неуместно пошутил Генка. И заткнулся, не найдя поддержки в коллективе. Удары прекратились. Видимо, до существа дошло, что проход закрыт. Открытие его явно не обрадовало.