Та готова была поклясться, что видела, как зажглись алчным блеском глаза! Лицо скрывалось в сумраке, а глаза горели и пульсировали! Это было выше всяких сил. Ульяна бросилась бежать, снедаемая ужасом. Пролетела пустырь, обернулась. Существо неслось за ней – пригнувшись, впечатляющими олимпийскими прыжками! Такого звериного ужаса за последние сутки она еще не испытывала! Ульяна помчалась с той же прытью.
Оборвался пустырь, она бежала мимо заросших могильных холмиков, перепрыгивала разверзшиеся ямы.
Слезы душили, в голове пульсировала адская боль. Оборачиваться нельзя – да и зачем? Она и так слышала, как сзади топают, догоняют, слышала адское дыхание, прерывистый горловой клекот – как будто это существо не человек, а юродивый представитель семейства пернатых. Ее настигали, а она уже не могла бежать быстрее! Могилы рябили перед глазами, она не видела, куда наступает. Случилось то, что рано или поздно должно было случиться, – она споткнулась о бугор, заросший травкой, повалилась ничком на соседний.
Поперек бугра лежала прогнившая доска с прибитой поперечиной. Она чуть лоб не расшибла об этот клятый крест!
«Ну сделай же что-нибудь, ты должна жить!!!» – взорвалось сознание. Клекот приближался. Она схватилась за сбитые доски, перекатилась на спину. Слава богу, этот «подручный материал» не врос намертво в холмик (возможно, на нем этот крест и произрастал, пока не сломался), он отзывчиво перебрался в руки, она сжала его, не замечая, как занозы впиваются под кожу.
Пелена стояла перед глазами, холодный пот заливал лицо. На нее летело НЕЧТО – невнятная химера без лица. Оно уже было рядом, уже прыгнуло! С визгом Ульяна опять перекатилась, махнула доской, едва не вывернув правую руку из плечевого сустава. Импровизированный снаряд во что-то попал. Взметнулись лохмотья. Существо, издавая негодующее мычание, совершило в воздухе кульбит и снайперски точно грохнулось в размытую дождями могилу! Ульяна не верила своим глазам – неужели получилось?! Она уже не чувствовала боли, притупился страх, она опять была на коне! Она издала воинственный индейский клич, вскочила, сжимая крест как Божье знамя.
А когда в могиле что-то завозилось, стало приподниматься, зажглись глаза лютым блеском – она швырнула свое оружие в его голову. Она точно знала, что попадет, не может не попасть! Она попала, крест вонзился именно туда, куда следовало.
