Трогать запрещено

Сводница моя невыносимая!

За последние пару дней Ника уже с сотню раз передавала мне от диджея Севы «приветы». А эти ее фразочки с многозначительными паузами в стиле: «хочет тебя… видеть», «жаждет с тобой… погулять» и прочее, вызывают только улыбку, но никак не приступ желания. Нет, Сева, конечно, парень симпатичный. Хороший, улыбчивый и веселый. Но мне этого мало.

Зато ровесник — язвит второе «я», которое я тут же затыкаю злобным шиком. Я до сих пор считаю, что любви все возрасты покорны. Какой бы чуши калькулятор-Титов мне не наговорил! Он не прав.

Я так и не удалила нашу переписку.

Палец, против воли, жмет на его имя. Богдан был в сети час назад. Сердечко болезненно сжимается. Интересно, где он сейчас? Неужели и правда в такую ночь сидит один в офисе?

Я невольно подслушала их с папой разговор. Он звонил Титову где-то час назад и даже звал друга к нам. Тот категорически отказался. И хоть я с ужасом представляю себе, какой странной и неловкой вышла бы эта ночь, приедь он, но… никто не должен быть в такой праздник один.

Быстрее, чем соображаю, начинаю бегать пальцем по буквам, набирая:

Решительно стираю написанное и уже тянусь к кнопке блокировки, когда мне на телефон падает новое сообщение. Всплывающее на экране уведомление заставляет сердце запнуться, сбиваясь с ритма.

В горле от волнения встает ком размером с теннисный мяч. Ох-ох! Я залпом осушаю остатки шампанского в бокале, поморщившись от горечи.

Шампанское прокатывается, согревая. На щеки набегает румянец. Становится жарко, тесно и неуютно в собственном теле. Его охватывает мелкая дрожь. Это волнение или паника?

Зачем он приехал? Почему просит выйти? Хочет наедине напомнить, что отцу нельзя рассказывать о случившемся в отеле? Предупредить, что надо держать язык за зубами, перед тем, как зайти к нам в дом?

Вопросы, вопросы, вопросы!

Блокирую телефон. Подумать только — он здесь!

— Да, Юляш? — отрывает взгляд от своего гаджета родитель.

— Я выскочу на улицу. Не теряй, окей?

— Не-ет, — отмахиваюсь, нервно улыбнувшись. — Нике просто не терпится вручить мне подарок. Она подъехала, просит выйти, — стараюсь говорить так, чтобы ничем не выдать своего волнения.

— Так пусть заходит.

— Ее ждут друзья. Она на пять минут. Так я, эм, пошла?

— Иди, конечно, — усмехается па. — Только раздетая не выскакивай, на улице мороз.

— Пасиб.