Трогать запрещено

Кутается в свой пуховик, ежась. Мороз сегодня кусается, снег под ботинками трещит.

— Опять без шапки, — ругаю.

— У меня капюшон, — улыбается.

Тяну ее на себя. Сейчас мне немного по фиг. что там думает Степан. Не могу сдержать порыв и касаюсь лбом ее лба. Вдыхаю любимый запах. Мне совсем не хочется уезжать. Хочется забрать ее к себе в квартиру. Пока сам работаю, пусть занимается чем угодно, но только рядом. Двадцать четыре на семь, а иначе больно и невыносимо.

Машина уже прогрелась. Срываю с любимых губ легкий поцелуй и ныряю в салон авто.

— Я на связи, Котенок. Пиши-звони. По возможности буду отвечать.

— Хорошо, — посылает воздушный поцелуй. — Буду скучать.

Стоит закрыть дверь и покинуть территорию дома Даниловых, как даю волю мыслям, не дающим мне покоя всю вчерашнюю дорогу сюда. Да и утром проснулся не только от головной боли… Кое-кто мне сильно задолжал.

Праздники у народа продолжаются. Дороги практически свободны. Поэтому я достаточно быстро доезжаю до нужного мне адреса.

Въезжаю во двор новенькой многоэтажки, паркую машину на стоянке и, поставив тачку на сигналку, торопливым шагом направляюсь к подъезду.

Вхожу в лифт, нажимаю нужную кнопку этажа и уже через минуту выхожу на площадку. У двери нажимаю на звонок. Прислоняюсь плечом к стене. Жду. Разговор предстоит не из приятных, но чаша моего терпения не просто полна. Она взорвалась к чертям. Я давал этому человеку слишком много свободы, что финансовой, что физической. Допрыгалась.

За дверью послышались шаги.

Щелчок замка, и на пороге появляется Илона. Бывшая торопливо запахивает халат, но увидев, кто ее «гость», расплывается в улыбке. Полы халата разъезжаются, демонстрируя сорочку из полупрозрачной ткани. Я подчеркнуто не смотрю ниже ее подбородка, ибо все ее ранние отвлекающие маневры нынче на меня не действуют.

— Какие люди, — усмехается Ила, отступая вглубь квартиры. — Утро доброе, пройдешь? — кивает, пропуская меня.

Я отталкиваюсь от стены и захожу, закрывая за собой дверь.

Молча. Илона проходит в кухню, я следом за ней, не раздеваясь. Оглядываю двухкомнатные апартаменты, которые по доброте душевной снял для нее, и внутри все закипает. Рядом с Юлей мог себя еще держать, но сейчас меня корежит и выворачивает наизнанку от злости, неприятия и непонимания. Как, мать его, низко может пасть человек в твоих глазах. Человек, с которым ты пять лет делил одну крышу и постель.

— Кофе? — оборачивается и пробегается взглядом по мне.