Троянская тайна

Меня огорчает только одно – то, что мне, наверное, не удастся самой уложить этих мерзавцев мордами в пол и защелкнуть на них наручники.

– Ого! – воскликнул Виктор, отставляя чашку с кофе и беря в руки пачку сигарет. – Вот это сильно сказано! Послушали бы тебя твои коллеги! Я имею в виду искусствоведов, – уточнил он как бы между прочим, погружая кончик сигареты в пламя дорогой газовой зажигалки.

Это уточнение слегка задело Ирину, да и собственные слова насчет наручников заставили ее всерьез задуматься о том, много ли в ней осталось от прежней Ирины Андроновой.

– Да, – продолжал Виктор, окутываясь облаком пахучего дыма, – как говорил один мой знакомый, процесс пошел. А самое смешное, что я сам толкнул тебя на эту стезю... Черт! Похоже, танцульками и шашлыками тебя с этого пути действительно не спихнешь.

– А ты бы хотел? – нахмурилась Ирина.

– Представь себе, да! И не хмурься, а то останется морщина... Если бы я только мог предположить, что ты решишь всерьез записаться в сыщики, я бы лучше язык себе откусил, чем стал знакомить тебя с этим чертовым Потапчуком.

– Ты сам сказал, что Федор Филиппович – единственный, кто может найти картину, – напомнила Ирина. – И между прочим, это чистая правда.

– Вот-вот, – проворчал Виктор, сердито и озабоченно хмуря брови. – То-то и оно, что эта старая ищейка ни перед чем не остановится на пути к намеченной цели! Мне его репутация хорошо известна, он никого не жалеет – ни других, ни себя.

– Перестань чертыхаться, – сказала Ирина. – Во-первых, Федор Филиппович – милейший человек...

– Волк в овечьей шкуре!

– ...а во-вторых, – спокойно продолжала Ирина, – в таком деле иначе просто нельзя. Все или ничего, понимаешь?

– Я понимаю другое, – сказал Виктор. – Картин много, а ты одна. Вот и все, что я могу и хочу понимать. Остальное меня не касается.

– И это говорит член комитета по делам культуры, – мягко упрекнула Ирина, желая хотя бы отчасти загладить неприятный инцидент.

– О да! Когда я слышу слово "культура", я вызываю мою полицию, – мрачно процитировал Виктор. Слава богу, это уже была шутка – не самая удачная из его шуток, но зато идеально вписавшаяся в контекст беседы. – Но вернемся к празднованию твоего дня рождения...

– Боже мой! – воскликнула Ирина. – И этот человек обвиняет меня в упрямстве!

– Это не упрямство, – с важным видом возразил Виктор, – а обыкновенный профессионализм.