Троянская тайна

– Я же говорю, баба с воза – кобыле легче, – сказал Серегин, через плечо капитана заглядывая в ванную.

– Гравюра "Марат в ванне", – добавил Востриков, который тоже стоял за спиной Спиридонова и смотрел в ванную через другое его плечо. – Да-а, не повезло бабуле. Был у нее один внучок, да и тот кретин...

Чувствуя себя обделенным, Мамедов подошел к ванной и попытался протиснуться вперед. Сдвинуть с места огромного Серегина не представлялось возможным; тогда он зашел с другой стороны и осторожно оттер плечом не столь массивного Вострикова.

Востриков не возражал: он уже увидел все, что нужно, да и зрелище это было ему не в новинку.

Отвоевав место во втором ряду – первый ряд по-прежнему занимал капитан Спиридонов, – Мамедов заглянул в ванную.

Он смотрел туда довольно долго, подмечая и помимо собственной воли навечно фиксируя в памяти все, что видел: и стоящую на крышке стиральной машины полупустую бутылку водки (это был шведский "Абсолют", которого лейтенант ни разу в жизни не пробовал), и валяющуюся на полу скомканную рубашку в пятнах засохшей крови, и жидкость в ванне, цветом напоминавшую густой вишневый компот.

..

Потом лейтенант Мамедов издал странный сдавленный звук и резко отвернулся. Опытный Серегин, не впервые прибывший на место происшествия в компании зеленого новичка, успел отскочить, спасая брюки, и вовремя: содержимое лейтенантского желудка с плеском вывернулось наружу.

Прежде чем выйти из машины, Глеб докурил сигарету. До назначенного времени оставалось еще шесть минут, и он мог позволить себе эту маленькую слабость.

К тому же Федор Филиппович любил точность, и появление на конспиративной квартире раньше назначенного срока расценивалось им наравне с опозданием. Однажды Глебу довелось поговорить с водителем троллейбуса, который рассказал, что диспетчеры в контрольных пунктах очень строго следят за точным соблюдением расписания: отклонение от графика всего в одну минуту – неважно, опоздал ты или приехал раньше, – означало, что круг тебе не зачтется. При том, что платят водителям троллейбуса сдельно, можно было лишиться четверти, трети, а то и половины дневного заработка – в зависимости от длины маршрута.

Примерно то же самое рассказывал ему один бандит. На разборку надо являться минута в минуту, говорил он. Опоздаешь – у твоих оппонентов будет время подготовить тебе какую-нибудь поганку; приедешь раньше времени – все те же оппоненты решат, что поганку им приготовил ты, и с ходу, без разговоров, начнут стрелять.

Глеб усмехнулся.