Это не дом для баран, твой брат! Это дом для бог! Понимать, глупое? Порази тебя богиня Сехмет понос и язва! Пусть после того, как сдохнуть ты, зверь Аммит сожрать твое сердце, и оно гореть в пламень черная пустота! Сын змея и шелудивый осел, не почитающий свой отец! Пес бога Сета, носитель скверны! Как мог ты сделать так, если иметь целых два глаз? Я, если оба закрыть, лучше построить!
Такое происходило на его стройке через день. Потому-то каждый блок, уложенный в стену маяка, и каждая новая секция колонны, в которой вырезали желобки-каннелюры, становились для Анхера небольшим праздником.
Мастер пока не велел возводить стены храма. Они встанут тогда, когда будет готова статуя. Он взял резец и подошел к мраморной глыбе. Он уже изваял трон, на котором будет сидеть великий бог. Трон собран из трех частей, которые Анхер пока не стал покрывать резьбой. Он сделает это потом, когда работа будет закончена, и святая святых закроет стена. Сейчас он займется ногами…
— Проклятье! Чуть не забыл из-за этого негодяя! — хлопнул он себя по лбу.
— Сегодня же отходит корабль Рапану. Письмо и подарки!
* * *Пер-Рамзес встретил Рапану жарой, сухим ветром, бросающим в лицо песок пустыни, и гомонящей толпой в порту. Чиновник на таможне не обратил на него ни малейшего внимания, из чего купец сделал верный вывод, что девку ту, если и хватились, то уже давно перестали искать. Не принцесса-сахет, чай, и даже не рехит, знатная дама. Так, дочь жреца не из первых. Плевать на нее всем, кроме родителей, которые выплакали все глаза.
Ну а раз так, то Рапану соберет урожай там, где его в прошлый раз посеял. Он уже колосится и ждет серпа, которым его срежет усердный жнец.
— Это я и есть тот самый жнец, — буркнул Рапану себе под нос и решительно постучал в ворота богатого дома в квартале, где дозволено было жить влиятельным чиновникам и жрецам.
— Чего тебе, чужеземец? — неприязненно посмотрел на него слуга, открывший дверь. — Господин отдыхать изволит.
— Скажи, письмо от госпожи Нефрет доставлено, — важно ответил Рапану.
— Что? — совершенно растерялся слуга. — Госпожа Нефрет? Наша Нефрет? Она нашлась? Вот радость-то! Тут жди! — сказал он и захлопнул дверь перед лицом купца, едва не прищемив его крупный мясистый нос.
Дверь снова открылась через десять ударов сердца, и Рапану с немыслимой скоростью протащили за руку через весь дом, до самых покоев хозяина. Купец смотрел на господина имери-кау, который впился в него красными воспаленными глазами.
