Шестилетки, как и мои дети, но крупнее Мишутки. Эти пошли в своего огромного отца Макара. Между собой мы зовем его с Юлькой ""русским медведем"".
- Юленька, я вас люблю! Вы мне нравитесь как будущая «кровь», - лепечет Машуля, крепче сжимая ладонями маленькие ладошки мальцов.
- Кто? – в ужасе смотрю на дочь. Я только расслабилась, что все её выкрутасы позади, а тут нате, распишитесь!
- Мама моего будущего мужа – «кровь»! – лепечет дочь, - Ты же так говорила!
На Машкин лепет подтягиваются снующие туда-сюда гости.
- Свекровь! – учит её бабушка из Артёма.
Фарм королева поправляет бретельку голубого платья, усыпанного дорогими камнями, снисходительно улыбается ясными как небо глазами. По молодой женщине видно, что она так много прошла в жизни, что привыкла держать марку в любой ситуации.
- Милая, а кого из мальчиков ты выбрала в мужья? Тимофея или Матвея? – спокойно интересуется у моей, подмигивая мне."
"- Так-то без разницы, - со знанием дела рассуждает малявка, - у обоих глаза синие, волосы темные.
Значит, дети получатся одинаковые!
Ух, ты! Она уже о детях рассуждает. Ёшкин кот! Становится страшно.
- Матвей - герой, спас брата Сашу, а у Тимы корпус крепче и удар жестче… я в растерянности, - закатывает глазки к небу.
Мы - взрослые едва сдерживаемся, чтобы не рассмеяться от умозаключений блондинистой красотки с медовыми глазами.
- Свекровь, можно я обоих возьму замуж?
- Так-то можно, но вряд ли они согласятся! – почти серьезно бросает Юля.
Больше не могу сопротивляться, сдаюсь, громко смеюсь.
Остальные гости присоединяются к моему хохоту. Хохочем до слёз.
Внезапно мой взгляд падает на мальчиков. Матвей и Тимофей стоят набычившись, бросают серьезные синие ледяные взгляды на гостей. Затем переводят взгляд на Машу, и дарят ей самые нежные преданные щенячьи взгляды.
Перестаю смеяться, внимательно гляжу в абсолютно серьезные глаза дочери.
Вашу Машу! Им всего по шесть! А они уже «нравятся» друг другу! Как же они разберутся? Остается надеяться, что «любовь» с годами пройдет, едва Машка бросит гребаный хоккей.
Наверное, сейчас пацаны относятся к ней как к своей! Братство хоккеистов.
Непонятые толпой взрослых, Маша и ее рыцари гордо уходят.
А я с тревогой смотрю вслед дочке.
Что если она реально вырастет, не сможет разобраться в себе? Пойдет не по той дорожке? От нее можно всего ожидать! Тяжело вздыхаю. Понимаю прекрасно свою озабоченность. Вижу в дочери копию собственной сестры. Мне страшно и тошно.
