И никогда между нами и намёка не было на большее, чем дружеские отношения. У него столько девиц, что я уж точно бы себе такого кавалера не захотела. Марк – бабник. Да! Поэтому его шутки с этим связаны. Но насчёт денег… они ему не нужны. Он сам может заработать. И часто, когда я предлагала оплатить счёт в кафе, на меня начинали ругаться. Ему не нужны ни мои, ни Алима деньги. Иначе бы он уже давно сказал Лапину, что его сын. И потребовал бы нужную ему для дальнейшего обучения сумму.
Но сейчас обидно так. Я никогда и не думала об измене.
Никогда даже мысли не допускала, что могу быть с кем-то, кроме Алима.
А он…
И так хочется ему в лицо кинуть, что с Марком я общаюсь не только потому, что он мой друг, но и чтобы меня защитил от того, что Алим не видит. И… чтобы муж не потерял сына. Я верю, честно верю, что рано или поздно Марк признается Лапину в том, что он его сын.
И я буду рядом с каждым из них. Буду их мостом.
Алим
Твою мать! Твою мать! И ревную! И бешусь! И виноватым себя чувствую!
Хожу по комнате и не знаю, как к ней подойти.
С одной стороны понимаю, что… возможно, этот её Марк и правда шутил. И между ними ничего нет. Но ревность и… глупые мысли в голове не дают здраво мыслить.
И, как назло, в воспоминаниях всплывает фраза Розали: «А твоих ли детей она вынашивает?» Моих! Моих! Моих!
– Мириам, – зову девушку, как только она выходит из ванной. Глаза опухшие. Нос красный. И волосы сухие. Значит, не купалась, а ревела.
Дурёха! Нельзя ведь!
– Не сейчас, Алим. Не сейчас, – тянет и залазит под одеяло.
Благо в нашей спальне, а не уходит в свою личную.
Я так боялся того, что она уйдёт от меня. Даже в свою собственную комнату. Оставит меня одного.
Я не хотел с ней ссориться, но когда услышал голос этого мальца, шутящего о том, что Мириам может уйти от меня, озверел.
Я боюсь её потерять! Её и… наших детей.
– Мириам, я хочу тебе верить, – произношу, ложась на вторую половину. Поближе к ней. Обнимаю, и она позволяет мне это сделать. Сама двигается мне навстречу, устраиваясь поудобнее.
– Но…
– Но Розали поселила в твою голову мысли о том, что я могу изменить и что дети не твои? – заканчивает за меня, выловив главное.
– Да…
– Значит, ложись спать и думай, – тихо шепчет. – Кому ты веришь больше. Своей бывшей жене или нынешней. Утром сообщишь, – кидает, и я принимаю её слова.
Это нужно сделать. Уже, наконец, сделать выбор. Мириам или Розали… Та, что носит моих детей и которую я люблю. Или та, кто со мной почти всю мою жизнь.
