- Случилось что-то? – шепчет мне в губы. И тут же касается нежно своими. Исцеляет поцелуем.
Хочется остановить это мгновение, затеряться в нем. И не думать о проблемах. Однако они не исчезнут, а начинать отношения со лжи не хочется.
- Ты очень красивая, - шепчу очевидное, а сам отдаляю тяжелый разговор.
Наслаждаюсь покрасневшими щеками, томным взглядом, взмахом длинных ресниц. Агата смущается, но через секунду с подозрением прищуривается.
- Так что? – отстраняется.
Сканирует меня черным взглядом. Насквозь просвечивает.
- Мне сказать кое-что тебе надо, - неопределенно качаю головой.
Опускаю глаза на лилии. Контрастно белые по сравнению с черноволосой Агатой. Идеальное сочетание.
- Все-таки передумал, - отшатывается она. – Я ожидала чего-то подобного. Но… ты не мог раньше?.. – отчитывает, неправильно трактовав мои слова.
- Чего ты там ожидала, упрямая чертовка, - смеюсь я и притягиваю ее к себе. – Совсем с ума сошла? – несмотря на грубоватую фразу, целую ее аккуратно."
"Почти готов вывалить скелет, внезапно появившийся в моем шкафу, как рядом появляется старшая Береснева.
Буравит меня пристальным взором, кивает в знак приветствия и губы сжимает в тонкую линию. Осознаю, что при ней я точно не готов говорить о своем ребенке на стороне. Захлопываю рот и, отпустив Агату, протягиваю ее матери один из букетов лилий. Она морщится, но, зыркнув на дочь, принимает. Я же выдыхаю шумно и еле сдерживаюсь, чтобы не бросить что-нибудь язвительное. Я и без этого у родителей Агаты на плохом счету.
- Добрый вечер, - все-таки выдавливаю из себя. Но атмосфера только сильнее накаляется.
Ощущение, будто грядет взрыв, но ее прерывает шум подъезжающего автомобиля на улице.
- О, дедуля, - сообщают тройняшки еще до того, как бегут его встречать.
Обе Бересневы переглядываются растерянно, и Алевтина подталкивает Агату к воротам. Банда из них получается похлеще чертят.
- А ты проходи, - теща взмахом руки приглашает меня в дом.
Устраиваемся за журнальным столиком в гостиной.
Друг напротив друга. Как на очной ставке. Только собираюсь завести разговор на отвлеченную тему, как Береснева опережает меня:
- Говори!
Четко, строго, безапелляционно.
- Что? – теряюсь и закашливаюсь, поправляя ворот, который резко начинает меня душить.
- Меня не проведешь, - щурит темные глаза и подается вперед. - Я накосячившего мужика за версту чую, - грозит пальцем. - У меня Сережа если натворит что-то, то на глаза не показывается. Насквозь вижу.
