Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд

Потому что не помню, как звали лечащего врача Васены. Твою же мать! Проклятие с этими именами!

— Одну минуту…

Лихорадочно запускаю мобильный интернет, открываю сайт больницы, ищу врача по фотографиям. Благо, лица я хорошо запоминаю. И узнаю приятную женщину сразу.

— Дарья Дмитриевна, — читаю надпись под фото.

Представляю рожу подонка Макара, когда его высокий пост займет рядовой врач. Без связей, денег и влияния. Ведь именно так все будет выглядеть со стороны, а я останусь в тени. Ради Агаты сохраню инкогнито.

Я бы хотел находиться сейчас там, в поликлинике, и лично контролировать процесс его казни, но… Боюсь, если кто-то из медперсонала узнает меня и передаст чертовке, то мне придется долго с ней объясняться.

Вот только внезапный сын на стороне смешал все карты. И душу вытряс. Что же делать с тобой, малыш?

— Принято, — отзывается проверяющий. — Мы предварительно изучили документы, там есть, за что зацепиться, — добавляет многообещающе.

Кивнув удовлетворенно, я прощаюсь и отключаю телефон.

— Черт, — отталкиваюсь от спорткара.

Сегодня я на нем, потому что планирую действовать быстро и успеть все. До вечера.

Я приглашен на ужин, где мне предстоит заново «познакомиться» с родителями Агаты. Хотя я бы с радостью пропустил этот этап сближения. Уверен, они меня не примут.

Да что за день хреновый!

Но будем решать проблемы по мере их поступления. И на очереди — самая глобальная.

— Что же, Лариса, — повторяю имя, пока из головы не вылетело, как обычно.

Я не собираюсь с порога выкладывать ей всю правду. Да и вообще не буду упоминать о результате теста ДНК. Ведь Лора обязательно проболтается Агате, и та меня не простит. А я не хочу терять мою женщину из-за ошибки молодости.

Какая же идиотская ситуация! Я ведь даже не спал с этой Ларисой. Не изменял Агате. А ребенка внебрачного заимел. Точно наказание свыше за все мои грехи.

Барабаню по воротам яростнее. Лора не могла бы шевелиться активнее? У меня судьба, между прочим, решается в эти минуты.

— Господи, только бы это все оказалось ошибкой, — бубню, устало уперевшись лбом в металл и не заботясь о том, как выгляжу со стороны. Я разбит. — Клянусь, больше ни налево, ни направо, никуда, черт возьми! Кроме моих тройняшек и Агаты, никто больше не нужен, — обещаю абсолютно искренне.

К семье своей хочу. Но опять мне надо ее заслужить.