Тройной переполох

Раньше такое закрепление отношение было обязательным, но с каждым годом все меньше семей рисковали своей свободой. Нынче оборотни предпочитают чувствовать себя независимыми. А вдруг не сойдутся характерами или останутся одинокими из-за несчастного случая. Войны давно в прошлом, успешность Двуликих в современном бизнесе не от силы и ловкости стала зависеть, вот и скрепленных пар все меньше.

Иви крепко держала и звала Лесли. Никаких других идей у нее не было. Дама из лечебницы не выглядела опытным доктором для оборотней, она жила и работала на улице, где селились люди.

- Леслиии, иди ко мне.

- Что происходит? Зачем она его трясет? – шепотом спросила местная врачевательница.

- Вы могли бы нас оставить в доме часа на два? – деликатно спросил Дюк.

- Попрощаться с товарищем? Конечно. Я приду через два часа и выпишу вам справку.

- Лучше через три, не раньше, - Дюк уводил даму под локоток, а она старательно на него не смотрела, вежливо отводя глаза от обнаженного мужского тела.

После выстрела в лиса волки вернули человеческую ипостась, но одежда так и осталась в тележке. Полицейские подогнали их оставшийся без лошади транспорт к частной больнице, но времени на переодевания никак не находилось. Слишком быстро проносились события. Лиса звала и звала, все тише, охрипшим, но упрямо несмолкающим голосом. Гладила белокурую, первую свою любовь по спутанным волосам. Внутренняя лиса бегала под кожей и вопила как резанная, рычала, ругаясь на не отвечающего лиса.

Тело Лесли подернулось дымкой. И вместо истекающего кровью молодого человека внутри одежды и бинтов завозился крупный рыжий зверь. Глаза у него были затуманены, он дергался, но ран на теле не было. Лис прижался носом к руке Иви и завыл ответную животную песню: единения, любви, обещаний. Сил ни обращаться, ни двинуться у него не было, все ушло в оборот.

"По щекам Иви текли слезы, она всхлипнула, понимая, что победила, смогла, спасла. Ее гон завершался. Пара выбрана. Один раз и на всю жизнь. Обернувшись разделить радость, Иви обнаружила волков, стоявших у самой двери. Лицо Дюка было спокойно, но челюсть сжата до бела. Мышцы на руках и плечах вздулись, из кулаков падали капли крови. Непонятно, была ли это кровь Лесли, или прямо сейчас волк ранил себя, чтобы продолжать сдерживаться.