Тропа желаний

Отчего-то шептались про невыносимую боль, страдания и необходимость терпеть, потому что ничего не поделаешь. Никто не рассказал Дамире, что будет происходить и, главное, что она должна делать. По хозяйству все было понятно – убрать, приготовить, подмести, вытрясти. А что делать в спальне? Спросить Дамира стеснялась и винила только себя. Вон ее одноклассница, которая вышла замуж на месяц раньше, уже беременная ходит. Да и у остальных проблем вроде бы не возникало. Выходит, все знали, как себя вести с мужьями, кроме нее? Счастье, что муж не предъявляет претензий и вообще ни о чем не спрашивает, а то бы она со стыда сгорела.

Она уже поняла, что ей достался пусть не самый умный, но бесконечно добрый и терпеливый человек, за что мысленно его каждый день благодарила. Вадик же решил, что жена его попросту боится, списывая страх на свой внешний вид. Он даже считал, что Дамира совершенно нормально себя ведет. Ну что ждать от женщины, которая впервые увидела супруга на собственной свадьбе? Вадик ценил, что Дамира заботится о нем, выполняет все положенные женщине обязанности – дом в идеальном порядке, еда всегда наготовлена. А то, что близости у них нет, так и это нормально – он для нее, считай, первый встречный. Какая приличная женщина кинется в кровать к незнакомому мужчине? Вадик неизменно находил оправдания поведению жены, и ему и в голову не приходило, что дело в другом. Так они и жили – Дамира не знала, у кого спросить, что происходит между мужем и женой в супружеской постели, а Вадик боялся напугать свою молодую жену еще больше, решившись подойти чуть ближе.

Когда одноклассница Дамиры родила, та все еще оставалась девственницей. В шкафу она, правда, больше не пряталась, но ложилась спать после того, как муж уснет, и вставала до того, как тот проснется. Раз в несколько дней ее проведывала свекровь – счастье, что они с Вадиком жили отдельно, а свекровь – на противоположном конце деревни. Придраться той было не к чему – в доме порядок и чистота, Дамира всегда вежливая и услужливая. На все вопросы неизменно отвечала, что все хорошо.

Вадик кивал, соглашаясь. Даже однажды признался матери, что Дамира встает до его пробуждения и ложится лишь после того, как он уснет. Ну какая жена будет так делать? По словам Вадика выходило, что Дамира идеальная во всем.

Свекровь была последним человеком, которому Дамира решилась бы открыться, но так уж вышло. Тетя Венера – Дамира так и не смогла заставить себя называть ее мамой – деликатностью точно не отличалась.