Уже у меня щеки появились в тех местах, где их никогда не было! – воскликнула Валя.
Дамира счастливо улыбалась. Ей нравилось, что ее Коля помогает, ведет себя как настоящий мужчина. Она была горда за сына. И признавала, что Елена – очень хорошая молодая женщина. Заботливая, благодарная, добрая. Коля расцветал, когда та говорила ему спасибо за любую мелочь – свет в сарае, новый стул, подарки для Алика и собак. Точно так же Елена не переставала благодарить ее, Терезу и Валю. Кто сейчас умеет говорить спасибо и ценит проявление заботы?
Но сердце Дамиры уже принадлежало Алику, который был очень похож на мать.
Почему она приходила в их дом каждый день? Ради того, чтобы увидеть, как Алик с Диной бегут к воротам ее встречать. Алик обнимает и целует, говорит спасибо за Дину. Та тоже норовит ее облизать. Как она может не приходить после такого? Да и Герда, которая в последнее время лежала и даже во двор выходила с трудом – все-таки возраст, да и из последнего помета выжил только один щенок, – вдруг будто нашла в себе силы жить.
Дамира не рассказывала, что даже Дина выжила чудом. Она ее откачала, вдувая воздух в крошечный ротик, массируя тело. Первые два кутенка так и не ожили, и Дамира билась за третьего. Герда смотрела на нее и не верила – ничего не получится. Дамира видела, как ее любимая собака, единственное близкое существо, отвернула голову и смирилась с потерей. И тогда Дамира решила, что этот кутенок точно должен выжить. Она его терла полотенцем, вдыхала в него воздух до тех пор, пока он не заскулил.
И об этом она никому не могла рассказать – в деревне никто не спасает щенков и котят. От них стараются избавиться. Когда Дамира приложила щеночка к Герде, та не отреагировала. Дамира кормила его детской смесью, которую привозил из города Коля. Ей приходилось врать сыну, что, мол, ее тайно попросила соседка купить на всякий случай: вдруг у невестки молока не будет, что тоже считалось позором. Как это – мать не может выкормить собственное дитя? Как это – нет молока? Коля, привыкший к подобным «деликатным» поручениям, не стал задавать вопросов.
Дамира разводила смесь и выкармливала щенка из детской бутылочки с соской. Она приносила его Герде и показывала – смотри, он жив. Но та уже не хотела ни во что верить. Когда щенок подрос и окреп, Дамира решила отдать его в семью новеньких. Она знала, что там уже чуть ли не живут соседки, ее сын проводит с ними больше времени, чем дома. И прекрасно понимала, что щенка не бросят во дворе, не запрут в будке на цепи.
