Тротиловый эквивалент

— Согласен, — с неожиданной прытью заявил Сулейман, даже не дослушав о судьбе специалиста и его команды. — Только у меня встречное условие.

«Какой начитанный абрек, — я невольно усмехнулся. — Встречное условие...»

— Я хочу присутствовать на допросе. Пусть там будешь ты, руководитель обмена и его зам. Вы продумайте, как нам сделать так, чтобы и мне было безопасно, и вам. Но вы должны быть только втроём. И все — такие, как ты. Если что, я с троими такими справлюсь по любому. Это можно сделать?

— Нас там будет целая банда и куча бронетехники, — тут я опять вынужден был импровизировать — насчёт изменений в генеральном плане встречи меня никто не уполномочивал.

 — Но, в принципе, это можно устроить... Метрах в ста от подразделения, на открытом месте... и... под прицелом десятка наших снайперов. Только я не понял, зачем тебе присутствовать на допросе?

— Да пусть хоть сто их будет, это не проблема, — небрежно буркнул Сулейман. — Я в курсе насчёт этой сыворотки.

У меня условие: никто не должен задавать моему человеку вопросы насчёт расположения моих баз, моих людей и вообще всего, что касается лично меня. Про специалиста и его команду пусть всё рассказывает, это меня не волнует.

«Какой умный абрек!» — мне от досады захотелось треснуть какому нибудь-гаду промеж глаз. Например, себе лично — за то что не сумел правильно построить диалог и обойти этот нюанс. Вот это вовремя он встрепенулся. Это ж сколько можно было инфо скачать с того моджахеда, мать моя родная! Вот это я подставился! Доимпровизировался, психолог хренов.

..

— Ты чего замолчал, Иван?

— Я не знаю, насчёт твоего присутствия...

— Короче, без этого условия никаких дел не будет, — Сулейман, судя по всему, верно подметил слабину в моей позиции — тоже умеет интонации читать. — Ты не считаешь меня дураком, Иван?

— Тогда условие должно быть выполнено. Вовремя ты напомнил насчёт сыворотки, Иван. Этот моджахед — не просто боец, он знает много такого, чего вам знать не надо.

Спасибо, Иван, я это запомню.

— Кушай на здоровье... — теперь я уже не думал об уперевшемся мне в бок стволе. Меня переполняла лютая злоба на самого себя. Я не правильно оценил соперника. Не успел перестроиться должным образом. Сымпровизировал до того неудачно — как носом в ослиные фекалии. Разумеется, я рассчитывал пообщаться всего лишь с посыльным... Но это меня совсем не оправдывает.