Тротиловый эквивалент

— На приёме Первый, — живо ответил Иванов. — Есть?

— Есть! — возбуждённо сверкнув глазёнками, сообщил Вася в рацию. — «Ниссан Патрол», «мокрый асфальт», убыл с минуту назад. Номер грязный, не просекли.

— Спасибо, Пятый, — похвалил Иванов. — Не торчите там, навестите Третьего.

— Понял, до связи, — Вася сунул рацию в карман и принялся сворачивать плащ накидку. — Собирайся, поехали к Петрушину...

Петрушин нам не обрадовался. Все у него сидели как надо, замаскированные так, что в метре пройдёшь — не заметишь, а тут мы за полчаса до объявления объекта припёрлись, на громоздком «УАЗе», который ещё где-то надо прятать.

— Ехали бы вы к мосту, — буркнул Петрушин, выныривая при нашем появлении из посадок. — Мы тут и без вас как-нибудь...

Мы к мосту не поехали, профессиональная гордость не позволила. Загнали «УАЗ» в посадки, в ста метрах от позиции засады, но с другой стороны дороги, слегка прикрьши ветками и вышли на грунтовку, посмотреть, как стоит.

— Пойдёт, — сказал Вася.

 — Если пешей разведки не будет, не заметят.

А пешей разведки точно не будет — наш объект должен быстренько проскочить на машине к броду и с ходу форсировать речку. Мы прибыли на позицию и устроились на левом фланге, рядом с Петрушиным. Теперь оставалось только ждать появления объекта...

Томительное ожидание было ознаменовано небольшим происшествием, но не совсем у нас, а несколько южнее. Минут через пять после нашего приезда где-то в стороне Толстой Юрта глуховато шлёпнуло.

Вот так: «Ту дух!!!» Когда сидишь совсем в тумане, эха нет и бывает просто «Дух!!!» Как призыв некоей иррациональной субстанции. Таких неприятных звуков я за две войны наслушался вволю, комментарии излишни. Если бы сейчас видимость была получше, мы отсюда могли бы полюбоваться взметнувшимся над тем местом столбом чёрного дыма.

— Пи...дец сапёрам, — Вася Крюков вздрогнул и мелко перекрестился. — Напоролись.

— Зачем так мрачно? — Петрушин был настроен более оптимистично.

 — Просто нашли, снимать не стали, рванули на месте...

— И пи...дец сапёрам, — не сдавался Вася. — Чует сердце — это оно самое...

Вася у нас чувствительный как барометр. Интуиция развита просто до неприличия. Про таких говорят — спиной чует. В самом деле, эта его особенность неоднократно сослужила нам добрую службу. Но теперешний припадок пессимизма у своего соратника я объясняю мрачной погодой и напряжённым трёхсуточным ожиданием.