Трудовыебудни. В том гробу твоя зарплата

Эрхард протянул мне платок, глядя на меня с некоторым сочувствием. Пока я прижимала платок к носу, Абель взял мою правую руку, поднес ее ко рту.

- Что ты делаешь? – спросила я, изумленно глядя на то, как он кусает меня  до крови за безымянный палец, а потом сверху надевает то самое кольцо, которое  пылилось на столе.

- Я же предупреждал, что если найду его, то ты пожалеешь о том, что случайно его потеряла… -  заметил он, глядя как Эрхард, снимает какое-то золотое  кольцо со своей руки, отдает его мне.

Я посмотрела на Абеля, потом на протянутую мне руку и на кольцо.

- Мне тоже нужно кусать? – тихо поинтересовалась я, ничего не соображая.

- Да, - ответил Абель. Я поднесла его руку ко рту и схватилась зубами за выставленный вперед безымянный палец, слегка сдавив кожу зубами.

- Сильнее… - заметил Абель, тоскливо глядя на мои потуги,  - До крови…

- У меня клыков нет… - простонала я, кусая палец, что есть силы, а потом надевая кольцо, закрывая им выступившую каплю крови.

В тишине, прерываемой кашлем Ренеля, раздалось сиротливое «Поздравляю!»  в исполнении Анри Лоиса.

- Лоис? Все юридически верно? – спросил Абель, прижимая меня к себе, - Ошибок нет? Проверь!

- Вроде бы …. нет. Конечно, я впервые с таким сталкиваюсь. За всю свою сорокалетнюю практику…  - заметил вспотевший от волнения юрист,  протирая очки, - Я не думал, что это возможно, хотя с точки зрения закона…

- Все, Лоис. Свободен! – устало произнес Абель,- В понедельник на работу. На девять я жду тебя в кабинете.

Юрист исчез вместе с папкой и портфелем. Дверь за ним закрылась.

- Поздравляю! – усмехнулся Эрхард, обмахиваясь моим старым договором,  - Не дай бог мне при таких обстоятельствах! Ты хоть ей почитать дай… Ради приличия… Как-никак, она теперь твоя … эм… супруга!

- Жениться… Кхе…кхе… - раздался голос Ренеля, - … кхе…кхе… на еде….  Кхеу…  Да какой ты … кхе…. кхе… после этого вампир… Ты …. кхе… позор для всего …кхе-кхе… вампирского рода.

Абель усмехнулся. Я вопросительно посмотрела на него, протягивая  ему медальон.

- Ну, раз ты так хочешь, - вздохнул он, открывая его с глухим щелчком, - Пусть унесет тайну в могилу.

Я подошла к бывшему директору, присела на корточки и показала ему раскрытый медальон, где почерневшие от времени буквы сливались в имя. «Abaelard Alard Edler». Ренель закашлялся с ужасом глядя на медальон, потом на меня, потом на Абеля.

- Мой прощальный подарок. Подарок за то, что ты притащил меня в этот мир.