Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

Все это нужно нам просто в огромных количествах, по сравнению с которыми румынские девять миллионов пудов – это, повторюсь, капля в море. А через не такое уж большое время все это понадобится и в самой России, только в объемах многократно превосходящих наши. Мы сейчас строим нефтеперегонные заводы, на которых добытая в Румынии нефть будет перерабатываться во все эти продукты. Хотите поучаствовать в их строительстве?

К чести Менделеева, он практически сразу же принял предложение господина Тамбовцева – понял, что здесь сокрыта какая-та великая тайна.

А раскрывать тайны – это огромная радость для ученого.

Хуже города Бишоп еще не видел.

По расписанию, поезд должен был прибыть в Бухарест в 8:00. Бишоп уже знал о том, что нужно переставлять стрелки, и попытался объясниться с проводником, чтобы узнать – на сколько именно. Но проводник, как назло, совсем не говорил по-английски. К счастью, один из его людей, Джон Шерман, урожденный Иоганнес Швеннингер из Германии, смог-таки объясниться с проводником, хоть и с огромным трудом.

Оказалось, что Шерман говорил на швабском диалекте, а проводник на австрийском, которые хоть и родственны друг другу, но на слух очень мало похожи. Часы в конце концов переставили, а проводник обещал сказать, когда они будут в Бухаресте, присовокупив, правда, что это все равно конечная станция.

Но вот уже восемь, девять, десять часов – и никакого Бухареста. Наконец, почти в одиннадцать поезд пришел на вокзал какого-то большого города. На вывеске значилось что-то вроде «Бьюкурести».

Бишоп расслабился, когда вдруг в купе вошел проводник и спросил что-то у Шермана. Тот перевел:

– Бухарест. Конечная. Пора сходить.

Кто ж мог знать, что румыны даже название своей столицы не могут правильно написать…

На перроне их уже ждал человек, с виду похожий на турка. Увидев их, он подошел и спросил на неплохом английском:

– Полковник Бишоп? Здравствуйте, меня зовут Саид Мехмет-оглы. Добро пожаловать в Бухарест. Эй, куда?!

Бишоп обернулся и увидел, как какие-то смуглые и совсем молодые люди убегают с двумя чемоданами.

Он и его люди привычно потянулись к кобурам, но их на боку не оказалось; им было сказано еще при высадке во Франции, что в Европе оружие можно держать только в багаже. Братья Джонсоны побежали за ворами, но куда там… Те даже с чемоданами бежали быстрее американцев, потом юркнули в какой-то проход, как крысы в нору, и потерялись из виду.

Один из чемоданов, в котором была запасная одежда, было не очень жалко.