Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских

А мы с адмиралом уселись на лавочку и не спеша продолжили наш разговор.

Но я хорошо запомнил эту встречу, поскольку если с принцем Эдуардом что-либо случится, то на британский престол взойдет король, женатый на русской, или вообще – русская королева. При наших добрых отношениях с Россией и Югороссией такой расклад сулил нам немало заманчивых возможностей.

После того как четвертого и пятого августа в Софии болгары попрощались с телом царя, который дал им свободу и оставшийся в истории как Освободитель, гроб с покойным на вертолете доставили в Константинополь, где в Святой Софии заупокойную службу по погибшему монарху отслужил новый Константинопольский патриарх.

Потом, отдавая последнюю дань покойному, над храмом низко-низко пролетела тройка «сушек», и все стихло. Завтра тело императора перевезут в Одессу, где его уже ждет траурный поезд. Ну, а всем теперь надо жить дальше, перевернув эту страницу истории.

Политика и природа, как известно, не терпят пустоты и требуют непрерывного движения. Поэтому сразу же после траурной церемонии адмирал Ларионов и теперь уже император Александр III уединились в бывшем султанском кабинете во дворце Долмабахче. За прошедшие два месяца этот кабинет утратил большую часть своей аляповатой роскоши, обретя стиль того сурового минимализма, который позже окрестят «югоросским».

– Прошу, ваше величество, – адмирал Ларионов пропустил вперед нового русского императора.

– Царствие небесное, – самодержец опрокинул микроскопическую для его телосложения дозу. Потом поставил рюмку на столик и повернулся к адмиралу Ларионову: – Ну-с, Виктор Сергеевич, скажите мне, как человек многоопытный и который к тому же знает о нас почти все: случившегося как-то можно было избежать?

– Чего именно? – спросил адмирал Ларионов и указал на два больших кресла у окна рядом с журнальным столиком: – Присаживайтесь, Александр Александрович, поговорим как люди, а не как кони.

– А при чем тут кони? – не понял шутки император, тяжело садясь в кресло.

– А потому, что они едят, пьют, спят и даже любят стоя, – ответил югоросский адмирал, – и при всем моем уважении к этим благородным животным, я не собираюсь им подражать.