Царица

Так что ура Ронну! Я поняла: если тебя хорошо кормить, ты всегда будешь на моей стороне!

Футболист насупился.

– Мы все на твоей стороне, – сказал он, и я подивилась, как просто и естественно выразил он свою поддержку и как хорошо мне от этого стало. – Но кормить меня надо в любом случае! – наставительно пропыхтел Ронн, и я разулыбалась.

Решила припарковаться на наземной стоянке возле управления (если помните, я не люблю находиться под землей), благо мест еще было предостаточно.

Вышла, захлопнула дверцу, взглянула на почти двухметрового качка, смотревшего на меня выжидающе.

– Вон через дорогу пиццерия. Весьма неплохая, кстати. Там и завтраки подают. – Я вынула из кошелька пару купюр. – По утрам, понятно, пиццы нет, но всяко найдешь, чем наесться.

Глаза Ронна радостно сверкнули, но он тут же нахмурился:

– А потом что? Мне прийти к тебе?

– Зачем это? – удивилась я.

– Я отвечаю за твою безопасность, – важно пояснил Ронн.

– Думаю, что нигде я не буду в такой безопасности, как на работе, у нас все здание спецтехникой напичкано, – пробормотала я и, подумав, достала еще пару бумажек. – Походи по окрестностям, осмотрись, отвези парням что-нибудь перекусить и возвращайся к обеду. Жди меня в пиццерии, попируем вместе. А до часа обещаю никуда из здания не выходить, ну и, если что – я на телефоне.

Ронн потоптался, пофыркал:

– Может, лучше я из кафе буду за входом в управление следить? Так вроде к тебе поближе.

– А смысл? – удивилась я. – К тому же в пиццерии за полдня ты все деньги просадишь! Кстати, машину водишь?

– Попробую, – уклончиво ответил футболист, и я, уже протягивающая ему ключи, торопливо руку отвела.

– Что значит «попробую»?! Водишь или нет? У меня одна машина, не автопарк, рисковать не могу.

– Водил, когда был человеком, теперь вспомнить надо. – Ронн перехватил меня за руку и мягко выудил ключи.

– Уж надеюсь, – проворчала, смиряясь. – Что ж, мне пора.

Ронн попыхтел, помялся и негромко сказал:

– Ну, иди сюда, что ли, – и сгреб меня в медвежьи объятия. И хотя я шла всего лишь в офис, а не на смертный бой, возражать я не стала и прильнула к его широкой груди, растрогавшись по контрасту с холодностью Дилана. Постояла так несколько секунд, отстранилась и вновь полезла за кошельком.