– Привет, – раздался спокойный, даже светский голос, и я вздрогнула, торопливо возвращаясь из рыцарской эпохи.
Принц вампиров стоял передо мной и терпеливо ожидал ответа. Я обалдела. Что это за привет такой на глазах у всей элиты Феникса?! Злобно нахмурившись, собралась было призвать его к порядку, а именно вернуться к официальному стилю общения и самой процедуре, но посмотрела на его лицо и… улыбнулась. Вернее даже, если быть до конца откровенной, прямо-таки растеклась в широкой глуповатой улыбке.
На Элане были темные светонепроницаемые очки, и это несколько дезориентировало, так как я не могла отследить взгляд его чудесных глаз. Но как же он был хорош! Я с большим удовольствием истинного ценителя рассматривала его безупречный нос, резкие скулы, сильный крутой подбородок и его губы, такие властные и чувственные одновременно. На этом моменте я и зависла. Трудновато все-таки смотреть на лицо мужчины, когда его глаза скрыты и не отвлекают внимание ото рта.
Куда мне еще пялиться, в самом деле? Не на кончик же уха? Я приклеилась взглядом к таким влекущим мужским губам, одновременно отчаянно пытаясь не вести себя, как влюбленная малолетка. Даже призвала на помощь внутренний голос, но он только проблеял что-то невнятно, то ли ах-ах, то ли о-хо-хо, и на этом позорно иссяк.
– Привет, – все-таки сумела выдавить я и посчитала это большим достижением.
Вдохнула и откровенно добавила вполголоса: – Извини, что пялилась на тебя. Я бы попросила снять очки, но понимаю, что это такое условие.
Я действительно понимала, что если он хотя бы попытается их сдвинуть, то вся наша тусовка придет в волнение, а охрана – в движение. Мы, люди, такие нервные.
– Смотри сколько угодно. Мне приятно, – великодушно сказал Элан.
Стоявший рядом со мной шкаф в штатском превратился в каменное изваяние, слушая нашу непринужденную беседу.
Да и вообще воцарилась такая идеальная тишина, что, пролети сейчас пресловутая муха, ее жужжание меня бы оглушило. В этой тишине, вязкой и напряженной, чувствовались не только любопытство и страх, но и… я недоверчиво перепроверила свои ощущения, но нет, все верно… но и ненависть. Ненависть, жгучая, как любопытство, и острая и муторная, как страх.
