Царский витязь. Том 2

Цветущая, праздничная, избывшая морщины двадцати лет жизни. Лишь в глазах мрела тень страха.

Телепеня ладонями грел, гладил ногу возле колена.

– Повезёт, Ойдригович впрямь к северу копьё обратит. А не повезёт, как жить станем?

– Как жили, так и впредь проживём, – удивился Марнава. – Чем доселешний обычай стал плох? Нешто размяк, брат? Домоседом заделался?

Ватаг налился бурой кровью, готовый кому угодно показать, размяк или нет. У Галухи пальцы окоченели на струнах, горло захолодила близкая сталь… Мудрая Кука поторопилась вмешаться:

– А я тебе, Марнавушка, расскажу.

В доселешних изъездах тебе кто противился? Хорошо, если домашнее войско. Ратники дворовые и воеводы такие же. Ты Неуступа, орлик мой, помнишь ли?

Марнава как будто сделался меньше.

– А войско под себя урядит?.. А Хобот что баял, когда ты его от Селезень-камня едва живого привёз? Много войска послали мораничи с тем отпрыском пригульным? Всего одного! Так, Лутонюшка?

– Так, – кивнули медные кудри. – Во́рона жуткого.

– Всего одного, – повторила Кука.

 – И больше нет ни Лигуя, ни двора его, ни лихих молодцов. Шаечки смелые с пути поворачивают, чёрное пёрышко увидав… А к Лигую уж какие ухо-парни стекались!.. Кругом прав батюшка наш. Совет надо держать. Думу крепкую думать, как бы на царское копьё голову не сложить.

– Думай, кому невдомёк. Иные загодя позаботились, – с удовольствием перебил Телепеня. – Вот моё слово, на нём стоять буду. Мыслю, за море ехать пора. В Аррантиаде доли искать. Ты, Марнава, напоследок сходишь пощупаешь, какой такой поезд моими лесами пройти хочет беспошлинно… Пока хоробрствуешь, я шатры соберу, на Киян выйду.

Помнишь, где Не́течь прежде впадала? Там встретимся.

Подглаварь и Лутошка смотрели в немом изумлении. Одна Кука не дивилась замыслам, которые сама нашептала. Галуха забыл наставления, повёл гордый медленный танец, принесённый из Фойрега. Никто не заметил.

– Так царевич когда ещё водворится, – обрёл голос молодой следопыт.

– Повременим, пока на плечах погоня повиснет? Затравленными в утёк бросимся? – усмехнулся ватаг.

 – Нет, друже. Ныне серебра полны скрыни. На кораблях не тесниться стать: сколько надо, все выкупим. А за морем… Мне, что ли, про кощеев вам сказывать? Рабы!.. Мы да в благодатной земле угла не найдём? Безначальное стадо примучим, как отцы наши в былые годы примучивали. Новое владение урядим, как отцы уряжали. – Помолчал, облизнул сладкую пену с усов. – Боярынька у нас уже есть. И державец для двора найдётся: Капуста.