Цеховик. Книга 1. Отрицание (СИ)

Я захожу внутрь, небольшая очередь, тамбур, служебный вход, кабинет Сурова. Ага, закрыто. Первая удача. Значит надо поискать его. Он же где-то здесь, правильно?

Я спускаюсь на первый этаж и иду на запах. Впрочем, он здесь везде, но нас, бешеных ищеек это не смущает. Я открываю дверь и оказываюсь в просторном помещении, похожем на ангар. Это склад. Здесь снуют люди, таскают туши, набивают полиэтиленовые мешки.

Боковые двери открыты и у широкого пандуса стоит грузовик под погрузкой. Двери будки распахнуты и мужики заносят туда половины свиных туш, а также большие алюминиевые бидоны.

– Тебе чего, малой? – окликает меня мужик тюбетейке и засаленном фартуке, надетом поверх старой фуфайки.

– Я завпроизводством ищу, – отвечаю я.

– Так вон он, в конце зала, с мужиками стоит.

– Спасибо, – киваю я и иду к Сурову.

– Давайте всю обрезь и мослы. Всё туда же. Кожу тоже. Всё что только возможно, плюс тех, на кого падёж оформляли. Всё мне чтоб подготовили к завтрашнему вечеру, когда следующая машина придёт.

– Павел Степанович, – окликаю я его. – Здравствуйте.

– А, – восклицает он и чуть подвисает.

– Егор, – подсказываю я.

– Да-да, конечно, Егор. Привет. С чем пожаловал?

– Зло вам привёз, – усмехаюсь я.

Он отходит от мужиков и, взяв под локоть отводит в сторону.

– Что ещё за зло? – обеспокоенно спрашивает Суров.

– Ну, вы же наверное слышали такую поговорку, деньги – это зло.

Он пару секунд хлопает глазами, а потом разражается хохотом.

– Ну, шельмец, купил меня, а-ха-ха. Купил! Пошли в коридор выйдем.

Мы выходим, и я отдаю ему пачку. Он запихивает её в карман не считая.

– А мы вам, как раз, машину загружаем, – сообщает он. – Вон видал?

Суров снова открывает дверь и указывает на машину.

– Степаныч! – кричат ему мужики, с которыми он разговаривал до этого. – Ну так чего?! Чё делать-то?

– Я сейчас, – бросает он мне и возвращается к ним.

А я подхожу к грузовику. ГАЗ-51 с мордой цвета тёмного хаки и помятой, обитой жестью будкой. Рядом с машиной стоит женщина в рабочем комбинезоне и телогрейке.

– Здрасте, – говорю я.

Она хмуро и вопросительно смотрит, но ничего не отвечает.

– Ваша? – киваю я на машину.

– Допустим, – говорит она.

– В Атаманку, а тебе чего? – бросает она и, затянувшись, выпускает едкие клубы дыма.

– С вами хочу. А вы в город не поедете потом?

– Поеду. А тебе куда надо-то?

– Вообще в город, но хоть бы и до Атаманки, всё к городу ближе.